Выбрать главу

– Было бы странно увидеть в комнате, где обитал орк, руны тенгвара, – пожал плечами я.

– Это-то понятно, – вздохнула Иримэ, повесив голову. – Но нам читали лекции по орочьему… А я их прогуляла. Дескать «зачем эльфийке знать язык даже не людей а вовсе уже низших созданий?» И вот теперь я могу опознать только один знак… – она ткнула пальцем. – Это – «гхаш». «Огонь». Надо… надо маму сюда позвать. Возможно, она прочитает больше…

Спорить с Видящей было совершенно не с руки. И я уже собирался отдать команду на возвращение, когда у меня перед глазами вспыхнуло системное сообщение «Ваши войска атакованы».

Первой моей мыслью после этого было предположение, что атакован Смотрящий, которого я отправил на разведку. Я попытался активировать заклинание «Взгляд из глаз»… Оказалось, что смотреть уже некому: Смотрящий уже отправился обратно туда, откуда он был призван – на план Хаоса.

Я зарылся в логи. Как выяснилось, Смотрящий с ходу получил огненный урон, в разы перекрывающий его скромный запас здоровья. В принципе, в этом не было бы ничего странного: Смотрящие – не воины, но только и исключительно разведчики. Так что если противник заметил его, то вынести Смотрящего не составит никакого труда. Но вот то, что он так и не смог обнаружить атаковавшего – вызывало некоторые опасения. В конце концов, способности к обнаружению у моих смотрящих достаточно высоки, чтобы спокойно детектировать затаившихся дроу. А тут… «Получен урон огнем от „Неизвестно“». То есть, Смотрящий просто не смог заметить и идентифицировать того, кто его убил. Да и чистый урон огнем, без примеси физического – говорит о магической атаке. Но использовать заклинание довольно высокого уровня без вербального и жестового компонентов, которые неизбежно демаскировали бы мага… Все это говорит о присутствии впереди противника весьма и весьма высокого уровня.

Так что мы аккуратно скопировали со стен орочьи знаки, и двинулись к выходу. Там Мирина аккуратно воспроизвела Закрытие врат, и отряд стался на всякий случай сторожить проход, а мы с леди Иримэ отправились к ее матери, чтобы получить хоть какую-то консультацию по поводу того, что ждало нас в глубине второго яруса, перед вратами на третий.

– Так… – старшая Видящая, прочитав дочери нотацию о прогулянных уроках и о том, что «лишних знаний – не бывает», погрузилась в чтение довольно длинного текста, который успел намалевать на стене орочий шаман перед недолгой смертью. – …это – неприлично, – Реалуэ кинула быстрый взгляд на дочь, – это – тоже. Ого! Не думала, что такое – анатомически возможно! И это тоже… Это ж надо так ненавидеть эльфов… – Видящая покачала головой, но переводить заинтересовавший ее отрывок – отказалась наотрез. Дескать «научитесь сами читать орочьи знаки – тогда и прочитаете». – Ага! Теперь, похоже, пошел конструктив. Слушайте:

«Быстро. Слишком много и слишком быстро. Нижний мир выворачивается наизнанку. То, что вверху, то и внизу… Кажется, мягкошкурый не достиг успеха. Возможно – его попытку пресекли. То, что должно было начаться позже – началось сразу. То, что должно было остаться наверху – заперто внизу. Страж-огонь разбушевался. Он не пропустит никого. Двери заперты. Огонь. Он идет!»

«Страж-огонь»? Любопытно… Что такое решили наколдовать эти экспериментаторы, чтобы не впустить «вниз» то, что должно было «остаться наверху»? И что сейчас сдерживает то, что «оказалось внизу» от подъема наверх? Быть может, имеет смысл посмотреть? Но если этот самый страж сумел внезапно атаковать Смотрящего, то кто поручится, что он точно также не атакует нас? Так… Феечкам там делать нечего. Их запас жизни не больше, чем у Смотрящего, а значит – я и любую из них могу потерять точно также, если не всех сразу. А, учитывая склонность магов огня к атакам по площадям… В общем, отправлю стену патрулировать. Пусть делом займутся. А вот големов – беру с собой. Их терять не жалко. Тройку мстителей, у них запас жизни довольно-таки велик, так что есть шанс, что выживут, и пару культистов, чтобы их подлечивать… или же атаковать противника стрелами Хаоса. И, естественно, гремлина для управления големами. И все, пожалуй. Это не завоевательный поход, а разведка боем. И мы должны быть готовы в любой момент быстро-быстро убежать.

Честно говоря, прежде, чем спускаться вниз с отрядом, я отправил вниз Смотрящих, влив в них весь запас маны, и медитировал, пока невидимые разведчики осматривали второй ярус… Увы. Все, что получилось узнать таким образом – очертить приблизительный район нахождения «страж-огня». Как только Смотрящий входил в небольшую зону возле ворот на третий ярус – он немедленно получал огненный урон, кратно превышавший его запас хитов, и погибал. Причем для других смотрящих это выглядело так, как если бы их предшественник вспыхивал изнутри, а отнюдь не был атакован кем-то извне. Так что все-таки придется вести разведку боем, с более чем вероятными потерями.

Големы растащили кучу тел возле входа на второй ярус, ожидаемо не найдя ничего интересного, и мы двинулись вперед, туда, где с упорством, явно достойным лучшего применения, гибли Смотрящие. И почти сразу выяснилось, что причиной того, что все мои усилия определить нападавшего не дали ничего – оказалась именно труднообнаружимость Смотрящих. Древний элементал огня просто не замечал их, и они сгорали в его ауре. Зато, когда големы загромыхали по коридору, элементал вывернул из-за поворота, и предстал перед нами во всем своем разрушительном великолепии.

Я выругался: префикс «древний» означал, что данный юнит имеет не менее, чем шестой ранг, а скорее – даже седьмой. И явно не первый уровень.

– Гизмо, отправляй големов в атаку! – скомандовал я гремлину.

– Но если я отправлю големов – они же испортятся! – возопил тот.

– А если не отправишь – испортимся мы!

Элементал не замедлил подтвердить мои слова, швырнув в нас частью своей огненной плоти. Взрыв на мгновение ослепил и оглушил нас… К счастью, это не помешало мне увидеть, как зеленая полоса жизни элементала просела где-то процентов на пять… и тут же начала восстанавливаться.

К счастью, удар был направлен в передние ряды моего «войска», так что пострадали в основном все те же големы… ну и Гизмо, которого сбило с ног, обожгло и протащило по коридору в положении «на спине». Так что второй приказ он обсуждать уже не стал, и железные големы гулко загрохотали в свою последнюю атаку. Мы же рванули бегом оттуда. Разве что уже возле самого поворота я скомандовал культистам, и мы втроем выдали по элементалу, на две головы возвышавшемуся над отнюдь не низенькими големами, залп Стрелами Хаоса. Ну, что сказать? Два процента хп мы с него сбили… Учитывая, что регенерировать он начал гораздо раньше, чем дотикал откат, попытка задолбить эту тушу – мало чем отличалась от самоубийства. И мы побежали дальше. А за нашими спинами грохотало, шипело и вспыхивало – это големы гибли, выкупая нам время ценой своих «жизней». Но, когда мы уже подбегали к дверям на первый уровень – на втором стояла оглушающая тишина, а в списке моей армии значилось: «железные големы – 0».

Когда врата на второй уровень закрылись и были запечатаны ритуалом, я уселся прямо на холодный камень пола и прислонился спиной к не менее холодной стене. Сил стоять не было. Все-таки, пробежка была не столько длинной, сколько нервной.

– Мне уходить? – раздался грустный голос Гизмо. Все-таки, гремлин выдержал темп и сумел удрать от элементала вместе с нами.

– С чего это? – не понял я.

– Ну… – протянул Гизмо. – Железных големов больше нет, а с глиняными и ваши маги справятся…

Я улыбнулся.

– Големы – дело наживное. Сегодня их нет, а завтра-послезавтра… ну, в крайнем случае – в начале новой недели глядишь, и заведутся. А вот умелого погонщика големов – не вдруг и найдешь. Так что, если ты не желаешь разрывать договор – у меня нет никаких претензий.

– Ура!!! – молодой гремлин аж подпрыгнул. – Я еще докажу деду!!!

– Докажешь, докажешь, – усмехнулся я, и погрузился в разбор поступивших системных сообщений.

Как ни странно, но выяснилось, что эта экспедиция принесла мне не только убытки.

«Получено достижение: Тактический командир 3 уровня. Отступление – один из самых сложных элементов тактики. Теперь ваши люди верят вам даже в такой сложной ситуации. Вероятность возникновения паники при отступлении снижена на 50 %».