- Это Франциска Зоммер, новенькая, как и я. Помнишь, я говорил? Госпожа Хермайн рассказала, что ее семья переехала в Гитерию из солнечной Иллидии. Ее отцец – военный, и его призвали на службу в эти края. Я немного понаблюдал за ней, она странная.
Я украдкой взглянул на Франциску. Это милая девочка с большими круглыми глазами и светлыми волосами, подстриженными коротко, чуть ниже ушей. Из-за этого, когда она резко поворачивала голову, ее волосы хлестали по щекам. Положив свою кожаную сумку на колени, Франциска смотрела в окно, но почему-то сидела возле прохода. «Действительно, странная», - подумал я.
- Я немного знаю об этих отрядах.
Клаус опустил свои глаза вниз. Последний школьник зашел в автобус, и водитель, не дожидаясь, когда тот найдет себе место, захлопнул входную дверь и, со скрежетом включив передачу, отправил железного монстра в путь.
- Ты о каких отрядах?
Я совсем забыл о нашем с Клаусом разговоре, который прервался прибытием автобуса.
- О президентских отрядах, один из которых прошел мимо нас возле школы.
Я повернулся к другу.
- Расскажи пожалуйста, что ты про них знаешь?
Немного помолчав, Клаус начал рассказ.
- Со стороны может показаться, что эти организации – просто кружки по интересам. В летнее время ребят вывозят за город и устраивают палаточные городки, ты, наверное, видел фотографии, из-за которых все мальчики хотят туда вступить. Участники занимаются физической подготовкой, общаются на собраниях, наподобие моего читательского клуба, ходят в походы, где учатся взаимодействовать с природой и, в конце концов, просто играют в игры. Правда, игры у них не совсем обычные, я как-то слышал про «Колизей».
- Колизей? Это как тот самый из древнего мира?
- Ты тоже читал про него? Это был стадион, где устраивались гонки на специально подготовленных упряжках с лошадьми. Дак вот в президентских отрядах есть традиция обкатывать новичков, играя в «Колизей».
Я с недоумением посмотрел на Клауса, который поднял взгляд и, ерзая на сидении, объяснил:
- Двое новичков встают в упряжку бок о бок, словно пара лошадей, еще двое становятся за ними в полусогнутом состоянии, изображая колесницу. На всю эту человеческую конструкцию взбирается кто-то постарше из отряда, в его руках веревка, концы которой держат «лошади». И вот, несколько таких колесниц состязаются в гонке на скорость. Думаю, проигравшим сильно достается.
- Кто-то постарше? Я думал, в этих отрядах все равны. И вообще, не думал, что чем-то подобным можно заниматься.
- В отрядах есть своя иерархия, как в армии. И ты знаешь, Герхард, это и есть армия. Их учат маршировать, как солдат. Ты был прав, когда говорил, что ребят там учат стрелять из настоящих винтовок. А еще их учат кидать гранаты, тоже настоящие.
Клаус сделал длительную паузу. Звук двигателя автобуса создавал равномерную завесу, благодаря которой наш разговор не привлекал постороннего внимания. Ребята спокойно занимались своими делами: кто-то, как и мы разговаривали друг с другом, некоторые смотрели в окно и о чем-то думали, Макс спокойно спал на заднем ряду, развалившись на два сидения. Внезапно Клаус прервал паузу.
- Их учат убивать.
Словно молнией, мое сознание пробила резкая вспышка, в груди стало тяжело. Услышанное повергло меня в шок. Глубина познаний Клауса о президентских отрядах впечатляла, хотя я догадывался, что господин Гарре не совсем бывший военнослужащий, и наверняка Клаус мог прочитать или услышать то, чего не должен был. Я не нашел слов, чтобы дать какой-либо вразумительный ответ. Прислонившись затылком к окну, я смотрел на Франциску, которая достала из сумки тетрадь и что-то увлеченно рисовала, не обращая внимания на тряску. Я старался сложить в голове картину из всего, что знал про учебу в президентских отрядах и того, о чем рассказал мне Клаус. Кристоф был самым жестоким учеником нашей школы, по крайней мере из тех, кого я знал, и в отряд забрали именно его. Может, конечно, его отец хотел вразумить парня, поэтому отправил его туда. Такие вопросы крутились у меня в голове всю обратную дорогу.
Автобус непременно заезжал в каждую деревню по пути в Мехгольд, ребята выбегали на остановках и разбредались по домам. Незаметно для меня за окном показался магазин нашей деревни. Скрип тормозов, с лязгом открывшаяся дверь и крик водителя: «Конечная!». Пропустив вперед Франциску, мы с Клаусом вышли из автобуса на улицу. Свежий воздух опять помог быстро прийти в себя, я глубоко вдохнул и улыбнулся другу.