Задыхаясь и кашляя, превозмогая боль в правом боку, забегаю в палату Клауса. Он стоит у окна.
- Нам нужно бежать, пойдем, скорее.
Друг спокойно поворачивается и молча смотрит на меня.
- Я знаю, я все видел, они хотят вас убить.
Выпаливаю фразу неразборчиво. Представляю, как это выглядит со стороны. Вероятно, сумасшедшим признали бы меня, а не Клауса. Он приподнимает одну бровь.
- Кто кого хочет убить?
Я слышу дребезжащие звуки из коридора, выглядываю - санитар развозит лекарства. Он начал с комнаты в противоположном крыле, у нас есть немного времени. Сумбурно рассказываю другу обо всем увиденном, на его лице недоверие. Но главный козырь у меня в кармане, опускаю руку, пытаюсь отыскать страницу приказа, которую я прибрал, убегая из кабинета главврача. Но в кармане пусто. Какая злая шутка. Умоляюще смотрю в лицо Клаусу.
- Прошу, поверь мне, хотя бы еще раз поверь.
- Ты – плод моей фантазии, это все чушь! Меня здесь вылечат, и ты исчезнешь.
Слова задевают меня, но я вижу, что он сомневается, что он в отчаянии, что злится, сам на себя злится.
- Если это так, то все, что знаю я, знаешь и ты. Это где-то глубоко в твоем подсознании.
Клаус сжимает кулаки, его лицо искажено от боли, не физической, но душевной. Громкий крик, он бьет со всей силы в стену, оставляя на светлой поверхности кровавый отпечаток.
- Я вижу твои страдания, прости меня.
Мы стоим в палате друг напротив друга. В этот момент другого мира не существует, есть только мы в этой небольшой светлой комнате. Я понимаю, что не только мне тяжело осознавать текущую реальность. Клаус смотрит прямо, его взгляд ясный, глаза наполнены слезами.
- Что нужно делать?
План уже давно созрел в моей голове, ну или голове Клауса, этим вопросом я больше не задаюсь. Выхожу в коридор, санитар скрывается за крайней дверью.
- Сейчас, за мной.
Мы перебежкой добираемся до подсобки, небольшое окошко в ней вполне способно пропустить двух молодых людей нашей комплекции. Из полок сооружаем лестницу, время работает против нас. Еще минута, и пропажа будет обнаружена. Я пропускаю друга вперед, сам лезу следом. Поразительно, но окно легко открывается. Явный просчет людей, установивших решетки! Мы выбираемся на широкую крышу. Снизу слышу крики: «Пациент пропал!». Ветер свободы обдувает нас, но я не чувствую холода. Адреналин согревает.
- Что теперь?
- Честно говоря, не знаю. Дальше я не был.
- Ладно, нам нужно добраться вон туда, там переберемся через забор.
Клаус указал на отдаленный участок, где мы проникли на территорию больничного комплекса.
- Наверняка сейчас завоет сирена, не обращай внимания. Герхард, мне нужна будет твоя помощь. Будешь идти впереди, если что, дай команду.
Странное ощущение радости наполняет меня, я чувствую единение с другом, совсем как тогда, в детстве. Поражаюсь тому, как Клаус хорошо изучил местность. Он был прав, спускаясь с крыши по пристройкам, на обратной стороне здания, мы услышали вой сирены. Вдали раздавались громкие голоса.