– Мира, мира!! Мирка!! Ты что не слышишь меня?! – вдруг до Мирославы донёсся возмущённый голос Ульяны.
– А? Что? – словно очнувшись от забытья, склонилась к ней оглушённая происходящим вокруг Мирослава.
– Оглохла что ли совсем?! – на раскрасневшемся от возмущения лице Ульяны злобно горели её маленькие глазки. – Подкати меня к столу с фуршетом и сложи на большую тарелку канапе все видов, какие только там будут. Давай быстрее, а то всё сожрут эти деятели культуры.
Ошеломлённая увиденным, услышанным Мирослава направила коляску в сторону длинных столов, у которых уже толпился народ. Один из официантов, завидев инвалидную коляску дочери самого Кузнецова, кинулся расчищать перед нею дорогу. Мирослава попросила его набрать на большую тарелку канапе. Тот кивнул и исчез в толпе. Вынырнул оттуда через пару минут с двумя тарелками и подал их по одной Ульяне и Мирославе.
– Ой, спасибо! – радостно воскликнула успевшая проголодаться Мирослава.
Официант радушно улыбнулся ей и исчез в толпе гостей просмотра.
– Мирка, подай мне бокал с апельсиновым соком! – облизывая палец, громко произнесла Ульяна и указала на тарелку, которую держала перед собой Мирослава:
– А вот эти два канапе оставь для меня, я их очень люблю.
Мирослава послушно протянула ей свою тарелку и принесла стакан апельсинового сока.
– Видишь, как тут здорово! Скажи спасибо, что я взяла тебя с собой сегодня. Когда бы ты ещё увидела вокруг себя столько звёзд! – с гордостью воскликнула Ульяна и протянула ей обе тарелки: - Иди, поставь на стол и возьми мне чашечку кофе с пирожным «Павлова», я его очень люблю. Учти на будущее.
Дальше Мирослава повезла инвалидную коляску в первые ряды зрительного зала. Там ей дали маленький стульчик, чтобы она могла сидеть рядом с коляской Ульяны. Потом на сцене предоставили приветственное слово самому главному продюсеру. Им оказался папа Ульяны.
Вслед на ним на сцену вышла съёмочная группа фильма. Потом показали сам фильм. Мирослава не очень поняла о чём был этот фильм, но после его окончания все зрители в зале встали и громко, и долго хлопали съёмочной группе. Потом папа Ульяны, торопясь на банкет, посадил девочек во внедорожник и наказал водителю быстро отвезти их домой, и затем подъехать к известному грузинскому ресторану на Тверской.
– Тебя куда нужно отвезти, девочка? – спросил водитель, глядя на неё в зеркало заднего вида.
– Домой, – устало улыбнулась ему Мирослава.
– Это там же где мы её забирали, около моей школы, – зевая, пояснила Ульяна.
– Блин-н, это столько ехать, а потом обратно! – с досадой воскликнул водитель и вновь посмотрел на Мирославу в зеркало заднего вида: – А давай я тебя высажу возле метро, и ты безо всяких пересадок доедешь до своей станции. А там тебе рукой подать до дома. Давай, а? А то мне столько бензина жечь, чтобы тебя отвезти!
Мирослава в недоумении посмотрела на Ульяну. Та молчала, прикрыв глаза.
– Ну, ладно, – нерешительно произнесла Мирослава. – Только я пока не очень хорошо разбираюсь в метро…
– А это ничего страшного! – радостно воскликнул водитель, подруливая к станции метро. – Люди подскажут. Деньги есть на билет? А то я тебе дам сотку.
– Не нужно, деньги есть, – только и успела произнести Мирослава, как водитель, вскочив в машину, рванул с места. В последний момент Мирослава увидела пристально-испытующий взгляд Ульяны направленный прямо на неё…
– Мам, подскажи как до дому добраться, – позвонила растерянная Мирослава и рассказала своей маме о том, как её высадили у метро. Та, не ожидавшая такого развития ситуации, не торопясь принялась руководить действиями дочери и уже через двадцать минут встретила её у выхода метро «Митино», крепко обняла и похвалила: – Молодец, девочка моя! Ты прошла этот квест. Думаю, что тебе обязательно нужно начать изучать все станции метро, правила проезда и все маршруты транспорта, что ведут в Митино. Всё-равно придётся начинать ездить самостоятельно по Москве. А по поводу твоей подружки Ульяны…
– Она мне не подруга! – возразила Мирослава и с возмущением добавила: – Тем более после сегодняшнего случая. Мне показалось, что она и её папа решили, что я должна была сегодня ей прислуживать. Но я же не прислуга, мам?!!