– Кузнечиха сейчас покажет ей, где её место, – донеслось до Мирославы. Она вздохнула и направилась к указанной парте. Ещё на подходе Мирослава увидела, что её будущая соседка по парте буквально сверлит её своими чёрными глазами. Мирославе стало немного не по себе, но она постаралась взять себя в руки.
– Привет, можно с тобой? – негромко спросила она тщедушную девушку с тёмными волосами, затянутыми в конский хвост. Мирослава с лёгкой полуулыбкой посмотрела прямо в лицо Кузнецовой.
Колючий взгляд Ульяны Кузнецовой внезапно посветлел и Мирослава вдруг увидела, что у неё не чёрные глаза, а тёмно-синие, каких она в своей жизни ещё никогда не видела.
– Садись, – просто ответила Ульяна и убрала свои учебники и тетрадки, находившиеся на второй половине парты.
– Ого, это что-то новенькое! Кузнечиха разрешила кому-то сесть рядом с ней! – воскликнул миловидный подросток с модной стрижкой разноцветных волос на голове.
– Дурак дурака видит издалека! – назидательным тоном чётко произнесла в унисон с ним всё та же черноволосая ученица.
– Зачем же ты так, Воропаева?! – прикрикнула на неё классная руководительница. – Очень плохой тон – обижать человека, который только пришёл в наш коллектив. Всё, закончили обсуждения и пересадки! Продолжаем нашу новую тему!
Мирославу, честно говоря, нисколько не удивил такой приём. Почти в каждом её новом классе обязательно находились один-другой ученик или ученица, считавших своим делом поставить на место каждого новенького. Как обычно говорит в таких случаях её папа – идёт проверка на вшивость. Одни вот так задирают новичка, а остальные наблюдают за его реакцией и делают свои выводы – брать этого новичка в свою команду или держать где-нибудь на камчатке в задротах.
Похоже, что Мирослава тоже сейчас проходит эту проверку на вшивость. «Ну, ладно, Воропаева, поиграем в твою игру, раз ты этого так хочешь. Только чуть попозже», – неожиданно подумала про себя Мирослава. Она взяла ручку, открыла тетрадку и принялась внимательно слушать учительницу. Материал, действительно, был новый и ей, видимо, придётся ещё и дома поработать над ним.
Неожиданно в школьном коридоре громко заиграла музыка из какого-то очень знакомого фильма. Ученики оживились, но продолжали сидеть на своих местах, ожидая разрешения учителя.
– Это что? Такой звонок? – тихонько спросила она соседку, чуть склонившись к ней.
– Да. А у вас что – не такой звонок был? – не глядя на неё негромко ответила та.
– Нет, у нас всегда обычные, как везде. А здесь – музыкальные! Прикольно! – улыбнулась она своей Ульяне.
– Так, домашнее задание у всех будет в электронных дневниках. Постарайтесь выполнить его к завтрашнему уроку. Васильева, подойди ко мне, – окликнула Ангелина Петровна.
Мирослава направилась к ней, остальные ученики повскакали со своих мест и разбежались кто куда.
– Вот смотри, твоя мама должна завести тебе электронный дневник. Для этого тебе нужно… – и Ангелина Петровна почти половину перемены объясняла Мирославе что и как происходит в этой школе и что ей нужно будет сделать в первую очередь. Мирослава только кивала в такт её словам, стараясь всё запомнить. Наконец, классная отпустила её, и сама убежала куда-то в учительскую. Мирослава окинула взглядом почти опустевший класс. Обратила внимание, что Ульяна осталась сидеть на своём месте в одиночестве и что-то чиркала ручкой в какой-то тетрадке. Мирослава подошла к ней: – Пойдём прогуляемся. Заодно покажешь мне, где что находится.
– Я?! – вскинула на неё изумлённый взгляд Ульяна.
– Ну, да. А что такого? Может ты не хочешь? Тогда ладно, пойду сама посмотрю, где что находится, – пожала плечами Мирослава.
– Я…я… я хочу. Только я с палочкой хожу, – неожиданно выпалила Ульяна и лицо её зарделось от румянца.
– С палочкой? – не поняла её Мирослава.
– Да, с тростью… это после аварии, – почти прошептала Ульяна и уставилась тревожным взглядом на Мирославу.
– А-а, авария – это, конечно, жесткач! – кивнула ей сочувственно Мирослава. – А что? Тебе это мешает ходить по школе?
– Мне – нет, – с каким-то вызовом в голосе ответила ей Ульяна и добавила: – Главное, чтобы тебе не помешало.
– Пошли уже, а то переменка скоро закончится, – поторопила соседку Мирослава. Та неожиданно нагнулась вбок и достала откуда-то из-за стула инвалидную трость. Прислонила её к парте и, упершись обеими руками в парту с усилием подняла своё худенькое тельце. Не глядя на Мирославу, она с покрасневшим от напряжения лицом, опёрлась на трость правой рукой и сделала шаг-другой. Походка её была неровной, чуть подпрыгивающей.
– Ты идёшь? Или передумала? – глазами, полными неуверенности и ожидания, она уставилась на Мирославу.