- Да, я вижу, магистр. Предстоит тяжелая работа, но мы справимся.
Почему-то внутри меня зрела уверенность, что я должен непременно спасти ее. Что-то было в ней такое, что притягивало мой взгляд снова и снова.
В течение следующих пяти дней мы неустанно восстанавливали вдвоем магический контур, излечивая тело. Процесс это очень тонкий – чуть больше поток силы и каналы порвутся, не выдержав давления. Но мы смогли. И когда замкнули последний канал и медленно пустили силу циркулировать по контуру, я смог постепенно вывести ее из стазиса.
Девушка задышала, медленно, но ровно. И хоть она оставалась бледной и истощенной, но уже сейчас было видно, что магия исправляет то, что мы не заметили – ее кожа разгладилась, волосы потемнели, хотя до этого я мог поклясться, что видел седые волосы. Она исцеляла уже сама себя. Теперь требовался лишь сон и покой.
На следующий день она уже очнулась, но сил, чтобы открыть глаза у нее не было. А я поймал себя на мысли, что хочу знать, какого они цвета. Странное желание. Это мы, эльфы, обладали к красоте еще и даром очарования. Но среди людей я такого никогда не встречал и даже не слышал.
Магистр быстро влил ей отвар, и попросил Алису выйти. А я остался снова помогать ему. Девочка сказала, что ее зовут Виктория. Необычное имя для нашего мира. Я снова напитал ее своей магией жизни. И собирался уже уходить, но вдруг краем глаза заметил, что стоит поднести мне руку к девушке, то на ней начинают появляться золотистые искорки. Это заметил не только я, но и магистр.
-Ваше высочество, я вам настоятельно рекомендую не прикасаться к девушке.
- Ты что-то знаешь, Филиндиил?
- Подозреваю. Как только я найду подтверждающие сведения в библиотеке, я вам сообщу.
Я кивнул. Бросил прощальный взгляд на девушку и вышел.
Пару дней я занимался своими делами, но стоило только выдаться свободной минутке, как в моих мыслях возникала Виктория. Вот она хвастается новым платьем, вот испытывает восторг, несясь на громыхающей железной повозке по кругу. Ее эмоции такие живые и настоящие, сильные.
На третий день вечером я решил прогуляться. Время было уже достаточно позднее, я витал в своих мыслях и даже не заметил, как оказался у двери гостевых покоев. Не знаю, что меня толкнуло, но я вошел в комнату, освещенную лишь маленьким светляком. Я подошел к кровати и увидел, как Виктория спит вместе с Алисой. Девочка уснула прямо в платье поверх одеяла. Виктория же почувствовав, что я разглядываю ее, медленно повернула голову в мою сторону и сонно приоткрыла глаза. Даже в темноте я разглядел, что они у нее серые с золотисто-зелеными вкраплениями. Девушка вяло попыталась встать, но я не позволил.
- Тише – шепотом произнес я – я просто унесу Алису в ее комнату. Вам нужен покой и сон.
Она кивнула и тут же уснула снова. А я подхватил девочку на руки и унес ее в детскую комнату, где передал с рук на руки Аурелии.
Оставшийся вечер я проветривал свою голову в саду, размышляя и подводя итоги. Меня тянуло к этой странной человечке. Хотя можно ли назвать ее человечкой в полной мере? Ведь люди не обладают таким сильным даром. Да что люди, даже мы с магистром позавидовали ее потенциалу. Да и аура у нее странная – вроде человеческая, но то и дело на ней вспыхивают небольшие участки эльфийской, демонической и даже вампирской ауры. Никогда такого не видел! В нашем мире нет полукровок! В смешанной паре дети всегда перенимают расу и дар более сильного партнера. А с людьми вообще детей не бывает. Я просканировал и Алису. Ее аура была точно такая же. Значит это – особенность их мира? Но девочка говорит, что в их мире нет магии совсем, никакой. Только наука и техника.
От размышлений меня отвлек вестник, присланный отцом. Меня вызывали в кабинет светлейшего.
Буквально пять минут – и я уже входил в резные двери и усаживался в кресло возле стола. Второе кресло занимал магистр.
-Рассказывай Филиндиил, что тебе удалось найти.
- Да, ваше величество, кое-что удалось накопать. В древних свитках упоминается мир этих девочек. Но попасть туда нельзя – он находится на другом конце нашей вселенной в закрытом секторе, да и сам мир опечатан. Только страж мог бы открыть проход, но это нереально. Его никто не видел уже более пяти тысяч лет.