Порой происходили и невероятные случаи. После одного из выступлений на Урале в номер Мессинга постучался двадцатидвухлетний юноша с тонкими чертами лица. Было видно, что он сильно страдает. Отчаяние и страх читались в его глазах. Мессинг мгновенно определил, что юношу постигла любовная драма. Потом узнал, что он воспитывался в детском доме и был совсем маленьким мальчиком, когда администрация сообщила: его родители – враги народа. Отца расстреляли, а следы матери затерялись в лагерях. В шестнадцать лет юноша поступил в техникум и два года спустя стал работать механиком на фабрике. Он жил в местной гостинице, ожидая, пока освободится комната в общежитии.
В город приехала женщина, которая остановилась в той же гостинице, и они познакомились. Она была на двадцать лет старше, но выглядела моложе своих лет. Недавно освободилась из лагеря. Завязался роман. Но женщине было необходимо поехать в столицу, чтобы восстановить документы, а заодно и свое честное имя. Он не мог проводить ее, да она и не хотела этого. Женская мудрость подсказывала, что из-за разности лет их роман не принесет ничего хорошего. Она сказала, что поезд отправляется в Москву, когда он будет работать в ночную смену. Уехала и не оставила никаких координат. Впечатлительный юноша очень расстроился. Несколько дней, которые они провели вместе, были наполнены нежностью и любовью. Однажды сфотографировались в городском парке. Этот снимок – единственное, что у него осталось на память о возлюбленной. Взглянув на фотографию, Мессинг поразился. Он увидел лицо красивой молодой женщины, которой нельзя было дать и тридцати лет. Внезапно Мессинг сделал открытие, которого испугался. В руках он держал свидетельство того, что трагедия Эдипа повторяется и в наше время. Юноша не был похож на женщину, но Мессинг не сомневался: перед ним фотография матери его гостя.
Молодой человек попросил Мессинга установить, где можно разыскать женщину. Более того, он желал знать, нет ли от него у нее ребенка? Мессинг растерялся: в голове возник образ женщины, истосковавшейся в лагере по мужским ласкам и нашедшей покой в объятиях собственного сына. Вольф Григорьевич понял, что если откроет секрет юноше, то приведет его к нервному срыву, а потому он должен сказать неправду – благородную «ложь во спасение». Собрав волю в кулак, Мессинг произнес: «Верьте мне и следуйте моему совету. Ваша возлюбленная вышла замуж за иностранца и сейчас живет за границей. У нее есть ребенок, но он не ваш. Забудьте ее. У вас есть негатив фотографии? Нет! Отлично. Я оставлю ее у себя, с вашего позволения. Она будет напоминать мне о нашей встрече». Поколебавшись, юноша оставил Мессингу фото. Вольф Григорьевич попросил его прийти к нему через несколько дней, когда он будет покидать город. Юноша пришел спустя пять дней и выглядел значительно спокойней.
Мессинг всегда носил с собой перстень с бриллиантом в три карата и забавную маленькую эскимосскую статуэтку из кости, подаренную в Магадане. Он выгравировал на ней свои инициалы и преподнес юноше. Тот поблагодарил Мессинга и ушел, навсегда освободившись от своих мучений.
Вольф Григорьевич особенно любил выступать перед школьниками. И потому, что не имел своих детей, и потому, что никто из них не считал его шарлатаном. Они принимали его опыты восторженно, поражались его способностям, не мнимым, не придуманным коммунистической идеологией, а реальным. Обычно школьники фотографировались с ним на память. Встреча с Мессингом становилась для них истинным праздником.
Мессинг любил природу. Находясь на плотине Братской ГЭС, он был настолько заворожен бурными потоками падающей воды, что даже не заметил стоявших рядом шаха Ирана и его супругу.
До конца дней Вольф Григорьевич не сумел в совершенстве выучить русский язык, хотя и изменил отношение к этому вопросу, хотя и старался. Он считал, что люди понимают его и так. Из-за этого не раз случались казусы, высказывания звучали двусмысленно, вызывали смех зрителей. Его ведущей, Валентине Иосифовне Ивановской, запомнился такой случай в летнем Ставрополе. Стояла невероятная жара. В зале было очень душно. Предпоследний номер Мессинг выполнял с завязанными глазами, причем косынку или платок просил у зрителей, чтобы они были уверены в «чистоте» номера.