— Это моя мечта!
— Это эгоизм! — рявкнул Артём. — Семье деньги нужны, а ты на дачу!
— Почему я всегда должна жертвовать своими мечтами ради чужих?!
— Потому что так семья работает! Помогают друг другу!
— А мне кто помогает?! — Женя встала. — Когда мне помогали? Когда кто-то спрашивал, чего я хочу?!
— Да чего ты хочешь-то?! У тебя всё есть! Квартира, работа, муж!
— У меня нет ничего! — крикнула Женя. — Ничего своего! Я живу для всех, кроме себя! Я устала!
— Устала? — Артём схватил её за руку. — Ты знаешь, что такое усталость? Я каждый день на работе пашу!
— И что ты делаешь дома?! Лежишь с телефоном! А я готовлю, убираю, стираю!
— Потому что ты жена! Это твои обязанности!
— А твои обязанности?! Где ты по воскресеньям, когда я у твоей матери грядки копаю?!
— У меня дела!
— Какие дела?! Друзья, пиво, футбол!
— Женька, ты охренела?! — Артём сжал её руку сильнее.
— Больно!
— Отдай деньги!
— Что?
— Отдай восемьдесят тысяч! Мы отдадим их Оксане! Семье нужнее, чем твоя дурацкая дача!
— Нет! — Женя вырвала руку. — Это мои деньги! Я их два года копила!
— Не твои, а наши! Мы семья!
— Тогда почему решения всегда принимаешь ты?! Почему ты без меня пообещал Оксане деньги?!
— Потому что я муж! Я глава семьи!
— А я что?! Рабыня?!
Артём замахнулся — не ударить, просто в гневе. Но Женя инстинктивно отпрянула, запнулась о ножку стула...
И всё пошло как в замедленной съёмке.
Она падала. Видела, как Артём тянется к ней, пытается поймать. Видела его испуганное лицо. Слышала свой крик.
Потом был удар. Резкий, оглушающий. Виском о край стола.
И темнота.
Глава 6. Падение
Первое, что Женя почувствовала, — боль. Острая, пульсирующая, заполняющая всю голову. Потом — чей-то голос, далёкий и испуганный:
— Женя! Женя, слышишь меня?! Господи, что я наделал... Женя!
Она открыла глаза. Всё плыло. Над ней склонилось лицо Артёма — белое, перекошенное от ужаса.
— Женька, не закрывай глаза! Слышишь? Я скорую вызвал, сейчас приедут!
Женя попыталась встать, но голова закружилась так сильно, что её вырвало прямо на пол. Артём подхватил её, усадил, прижал к себе. Его руки тряслись.
— Прости, — бормотал он. — Прости, я не хотел, ты сама споткнулась, я не толкал, клянусь...
Женя не могла ответить. Во рту был металлический привкус. Что-то тёплое стекало по виску. Она подняла руку — пальцы стали красными.
Кровь.
— Всё будет хорошо, — Артём прижимал к её голове полотенце. — Сейчас врачи приедут, всё будет хорошо...
Он повторял это как мантру. Женя слушала и думала отстранённо: странно, что совсем не больно. Просто тяжело. Так тяжело, как будто на голову положили кирпич.
Сирена скорой помощи донеслась откуда-то издалека. Потом хлопнула дверь, в квартиру вошли люди в белом.
— Что случилось? — женский голос, чёткий, профессиональный.
— Она упала, ударилась головой, — Артём говорил быстро, сбивчиво. — Об стол. Виском. Потеряла сознание на несколько секунд...
— Рвота была?
— Да, только что.
— Понятно. Сейчас посмотрим.
Фонарик в глазах. Яркий, неприятный. Женя зажмурилась.
— Зрачки разного размера. Возможно сотрясение, а может и хуже. Давление?
— 150 на 100.
— Высокое. Едем в больницу. Быстро.
Женю положили на носилки. Потолок поплыл над головой.
— Я поеду с ней!
— Хорошо, только не мешайте.
В скорой Жене поставили капельницу. Фельдшер что-то говорил Артёму, но слова плыли, не складывались в смысл. Женя закрыла глаза.
— Не спать! — резко сказал фельдшер. — Женщина, откройте глаза!
Она открыла. С трудом.
— Как вас зовут?
— Женя.
— Какой сегодня день?
— Суббота.
— Хорошо. Где вы сейчас?
— В скорой.
— Молодец. Не закрывайте глаза, слышите?
Женя кивнула. Голова раскололась от боли.
В больнице всё было как в тумане. Яркий свет. Белые халаты. КТ — страшная громкая машина, в которую её засунули. Артём ходил по коридору, она видела его через стекло — он говорил по телефону, лицо напряжённое.
Потом пришёл врач. Молодой мужчина в очках, с планшетом в руках.
— Евгения? Я Павел Сергеевич, нейрохирург. Как себя чувствуете?
— Голова болит.
— Это нормально. Мы сделали КТ. У вас черепно-мозговая травма. Сотрясение мозга средней степени тяжести и субдуральная гематома.
— Что это значит? — спросил Артём, подойдя ближе.
— Значит, что между мозгом и черепом скопилась кровь. Гематома небольшая, но её нужно наблюдать. Если начнёт увеличиваться — понадобится операция.
— Операция?! — Артём побледнел.
— Будем надеяться, что не понадобится. Но первые сутки — критические. Евгения, вас положат в палату интенсивной терапии. Будут регулярно проверять состояние, делать КТ. Если гематома рассосётся сама — обойдёмся консервативным лечением.