Женя закрыла глаза:
— Что мне делать?
— Учиться говорить "нет". Учиться ставить границы. Учиться отделять свои желания от чужих. И, самое главное, понять: вы имеете право на собственную жизнь. Вы — не функция обслуживания. Вы — человек со своими мечтами, нуждами, чувствами.
— Но если я откажу... если скажу "нет"... они обидятся. Может, даже перестанут общаться.
— И это ваш страх, да? Остаться одной.
— Да.
— Евгения, задам вам вопрос: вы сейчас одна или нет?
Женя задумалась:
— Нет. У меня муж, мама, семья...
— А внутри? Внутри вы одна?
Долгая пауза. Потом Женя прошептала:
— Да. Я очень одинока.
— Вот видите. Вы окружены людьми, но одиноки. Потому что настоящей близости нет. Никто не видит вас настоящую — ту, которая мечтает о домике на Волге. Ту, которая устала. Ту, которая имеет право отказать. Они видят функцию. Удобную, безотказную Женю.
Слёзы потекли по щекам. Женя плакала тихо, не всхлипывая.
— Что мне делать? — снова спросила она.
— Возвращать себя. По кусочку. Начнём с малого. На этой неделе ваша задача — три раза сказать "нет". На любую просьбу, которая вам не по душе. Просто "нет", без объяснений и извинений. Справитесь?
— Не знаю.
— Попробуйте. А на следующей встрече обсудим, что получилось.
Марина ушла, оставив Женю наедине с мыслями. Три раза сказать "нет". Звучало просто. Но страшно.
А вдруг правда перестанут любить?
«Но любят ли они тебя сейчас?» — прошептал внутренний голос.
Женя не знала ответа.
На следующий день позвонила Валентина Петровна. Первый раз за две недели.
— Женя, это я. Ну как ты, поправляешься?
— Да, спасибо. Лучше уже.
— Вот и хорошо. Слушай, я тут думала — может, ты уже на ноги встала? Просто нужно подготовиться к зиме, рассаду убрать, яблони укутать. Артём сказал, что не может — за тобой ухаживает. Может, вместе приедете? Ну, не копать, конечно, я понимаю, ты больная. Просто порулить процессом.
Женя слушала и чувствовала, как внутри поднимается знакомое чувство вины. Валентина Петровна старая, ей тяжело. Надо помочь. Надо...
«Три раза сказать "нет"».
— Валентина Петровна, нет, — сказала Женя. — Я не могу. Мне нельзя выходить из дома, врач запретил.
— Ну так ты же не будешь копать! Просто посидишь, посмотришь...
— Нет. Извините. Не могу.
Пауза. Долгая, тяжёлая.
— Ну ладно, — холодно сказала Валентина Петровна. — Раз не можешь, значит, не можешь.
Она повесила трубку.
Женя сидела с телефоном в руках и чувствовала, как бьётся сердце. Она сказала "нет". Впервые просто "нет", без оправданий, без извинений.
И мир не рухнул. Страшно, но она жива.
Раз.
Вечером позвонил младший брат Димка:
— Жень, привет! Слушай, ты как там?
— Нормально. Поправляюсь.
— Круто. Слушай, у меня свадьба намечается. В декабре. Ты поможешь организовать?
— Организовать?
— Ну да. Ты ж всегда умела — торт испечь, оформление придумать. Мы с Леной вообще не врубаемся в это. А ты — мастер.
Раньше Женя бы согласилась. Конечно, помогу, я же старшая сестра. Но сейчас она вспомнила слова Марины: «Вы получали любовь за полезность».
— Димка, нет, — сказала она. — Не могу. У меня реабилитация, мне нельзя напрягаться.
— Ну так ты не сразу. Потом, когда полегче станет. До декабря же ещё месяц.
— Всё равно нет. Извини. Наймите организатора.
— Жень, ты чего? Мы же семья! Ну помоги!
— Нет, Димка. Прости.
Она отключила телефон. Руки тряслись. Брат обиделся — она слышала это в голосе. Но она сказала "нет".
Два.
На следующий день Артём осторожно спросил:
— Женька, тут мама звонила. Просила передать — Оксане нужно ещё денег на квартиру. Максим ипотеку оформляет, не хватает немного. Может... может, поможем?
Женя посмотрела на него:
— У нас нет тридцати тысяч.
— Ну у тебя же счёт... тот самый. Там ведь ещё что-то осталось?
— Осталось. Но это мои деньги. На мою мечту.
— Женька, ну пойми, Максим женится, ему ребёнка растить...
— Нет, — твёрдо сказала Женя. — Я не дам.
Артём растерялся:
— Ты серьёзно?
— Абсолютно. Я отдала пятьдесят тысяч. Больше не отдам ни копейки.
— Но это же семья...
— Моя семья — это ты и я. И моя мама. Остальные — твои родственники. Если ты хочешь им помочь — помогай из своих денег.
— У меня нет денег! Зарплата вся уходит на коммуналку и кредит!
— Вот и у меня нет. Нет, Артём. Окончательный ответ.
Артём открыл рот, закрыл. Посидел молча. Потом вышел из комнаты.
Женя лежала и смотрела в потолок. Три. Она сказала "нет" три раза. И всё ещё жива. Мир не рухнул. Страшно, но... облегчённо.
Как будто груз с плеч упал.
На следующей консультации Марина улыбнулась:
— Ну что, справились с заданием?