Там, посреди залива, передо мной лежит Кронштадт, закутанный в легкий, скрывающий туман, похожий на серебристый пар «белой ночи». Отсюда абсолютно ясно можно увидеть красные, желтые, зеленые, синие сигнальные лампы кораблей и искусственных маленьких островов, которые венцом лежат вокруг главного острова Кронштадт. Это нереальное явление, это вспыхивание и затухание обманчивых огней на полнеба, в серебристом паре легкого раннего тумана. Скользящие огни похожи на крылья бабочки, которые вспыхивают, пересекая солнечный луч, и сразу же гаснут, чтобы вспыхнуть вновь немного дальше в другом солнечном луче. Это как ясная летняя ночь, этот пар, ясная ночь полнолуния, светлая от беглого вспыхивания светлячков. Два высоких серых столба дыма поднимаются как гигантские деревья на обоих концах острова Кронштадт. Время от времени красноватая молния расщепляет ледовую корку между сушей и восточным краем острова. Это тяжелые немецкие батареи, которые обстреливают длинные колонны между Кронштадтом и Ленинградом. Капитан Леппо подает мне бинокль. Через синий отблеск ледяного моря передо мной отчетливо стоит лес труб и стальных мачт стоящих на якоре в гавани Кронштадта кораблей. Это внушительная сцена, весь этот флот, самый мощный флот Советского Союза, который там заключен в ледяной тюрьме, как в цементном блоке. Он не может двигаться, не может сражаться. – Он потерял ноги, – говорят финские солдаты. Весь флот, замурованный заживо. На высокой мачте шевелится что-то темное.
- Что это? – спрашиваю я капитана Леппо, – флаг? – Радио Москвы сообщило, что это флаг знаменитого крейсера «Аврора», объясняет мне капитан Леппо, – он был поднят на башне главного морского штаба в Кронштадте. Это не военно-морской флаг, это красное знамя. Знамя, которое матросы «Авроры» подняли в октябре 1917 года над царским дворцом. Красный цвет знамени отсюда нельзя увидеть. Это что-то темное, что-то тусклое. В этот момент, если хотите понять политическую ситуацию коммунистического экстремизма в Ленинграде и Кронштадте по отношению к Москве, хорошо вспомнить о том, что однажды, в решающие часы октября 1917 года, красное знамя «Авроры» испугало даже Ленина.
24. Корабли в тюрьме
Перед Кронштадтом, апрель
Это странная битва, которая уже месяцами ведется здесь за остров Кронштадт. Неповторимая битва, между замурованным заживо в цементный блок ледяного моря флотом и боеспособными сухопутными армиями, которые осаждают его со всех сторон. Морская битва на суше, хотелось бы мне сказать. Так как неповторимое в этой парадоксальной ситуации – это то обстоятельство, что русский Балтийский флот разделен со своими противниками не синей поверхностью морских волн, а беспредельным, скользким и ледяным мраморным полом, на которой финская пехота на своих лыжах пододвигается, так сказать, к абордажу русских броненосцев.