Потомки злого начала Чернобога ведут к погибели — преждевременному разрушению и смерти живого. В дарна смерть как насилие не рассматривается. Человек знает время, когда он умрет, принимает это, и спокойно приглашает по этому поводу родственников. Он знает, что к этому времени он уже совершил должное в своей земной жизни.
У человека живущего по дарна все получается. Он всегда находится в ладу сам с собой, чтобы он ни делал. Он рад чувству меры, которое находит в себе. Он никогда не опаздывает и ему хватает времени на все. Он может торопиться, но он не впадает в растерянность и панику. Он наслаждается роскошью общения и благожелателен к людям.
Человек в дарна — это человек на своем месте. Он живет тем, что создал сам в согласии с другими. Как правило, вне дарна оказывается человек, ставящий себе единственной целью деньги и связанный с ними престиж. Мы говорили, что это единственный массовый ориентир общества глобализма.
Мир тяготеет к состоянию дарна, но не всегда оно возможно. Для отдельного человека, разрушение дарна может быть сиюминутным и быстро восстановимым усилием воли. Иначе дело обстоит для человеческих сообществ.
Если у нас, в России, осуществляется программа сокращения населения: программа «Планирования семьи», разработанная в Америке и опробованная на третьих странах, то это означает, что сегодня в России дарна нет. Славянский мир потерял свое равновесие. Западная цивилизация так же не имеет дарна, поэтому ее неустойчивость может проявиться в случае малейшего кризиса.
Нормы бытия народа в дарна отшлифовываются в неизменных условиях жизни. Таковой, например, была много веков жизнь Русского Севера, донесшего до нас наши былины, древние обычаи и песни. Там о красоте жизни заботились не меньше, чем о хлебе.
Дарна, охватившее большие массы людей на долгое время, может быть охарактеризовано как Золотой век. Идея золотого века под разными названиями периодически возрождается. Это прослеживается со времен Платона. В различные эпохи образ жизни людей в золотом веке понимался по-разному, но общим было то, что человек должен быть счастлив.
Индоевропейцы полагают, что Золотой век возможен. По нашим представлениям, это ни что иное, как торжество принципа дарна. Это было и это будет. Идея построения социализма в лучшей своей части есть отражение идеи Золотого века. Ошибка коммунистов сейчас видится в том, что для построения общества на основе дарна требуется вовсе не антагонистическая борьба, а общественное согласие и природная вера, вытекающая из народной традиции. Дарна не осуществляется посредством насилия, не дается через политические партии с их партийной злобой. Оно дается богами за праведную жизнь.
Золотой век возможен, если люди в своей массе возвратятся к исконно своим древним верованиям и осмыслят их вечные ценности применительно к условиям сегодняшней жизни.
Возможность золотого века сводится к разрешению вопроса: может ли человечество как-то утолить свои потребительские побуждения, решить глобальные экологические проблемы и жить в состоянии устойчивого счастья? В дарна человек нуждается в минимальном потреблении и не страдает от этого. Круг его интересов лежит не в потребительской, а в созидательной сфере деятельности. Имея возможность потреблять больше, он не находит в этом радости.
Всякое понуждение человека потреблять через рекламу может рассматриваться как удар, разрушающий дарна. Для пребывающего в дарна, отношение к назойливой рекламе подобно отношению к туче гнуса. Ее звон приходится спокойно терпеть, но иногда надо выходить на открытое пространство, чтобы эту тучу сдул ветер.
В обществе, где утверждается дарна, должен произойти разумный отказ от насильственного стимулирования потребления. Человеку нужно много меньше того, что ему навязывают. Пытаясь бессмысленным потреблением компенсировать в себе недостаток дарна, человек, в действительности, еще более нарушает свое внутреннее равновесие.
4. Состояние дарна не изолирует от бедствий, которые происходят в человеческой жизни. От них никуда не денешься. Часть наших бед сотворена силами истинного зла. Другая часть — естественна для жизни. Пребывая в дарна, человек переносит и страдания. Но, счастье, получаемое человеком от пребывания в дарна, эти страдания превосходит. Этот масштаб счастья превосходит и всякого рода удовольствия, получаемые от потребления благ цивилизации, поэтому они оказываются на втором плане.
В дарна возможны и устремления, и страсти, и борьба. Но дарна есть тогда, когда все это делается в состоянии взаимосвязи с Природой. Человек ощущает Природу как друга, с которым идет по дороге, даже если не беседует с ним. При этом совершаемое им действие оказывается не просто личным действием, оно происходит вместе со всем окружающим его миром. Человек знает реакцию мира на свой поступок. Им ощущается воля мира, зовущая поступить так или иначе, но всегда со знанием меры. В этой воле слагаются и воля предков, и воля Земли, и воля богов.