Иван пожал плечами. Можно конечно. Мужчина прошел за ним на кухню. Иван включил комфорку, поставил кипятить чайник.
— Разрешите, присесть?
— Давайте без церемоний.
— Благодарю.
Мужчина кинул папку на стол. На папке было написано его имя. Из папки вывалилось несколько фотографии, в том числе и хеврулов. Он сел на табурет и постарался не смотреть Ивану в глаза.
— Полковник Симеонов, аналитический отдел главного разведывательного управления генерального штаба Вооруженных сил России, — представился он, и добавил. — Владимир Андреевич.
— Вот оно как? Сразу из ГРУ.
— Да, можно сказать Вам повезло, и Ваши фотографии попали в нужные руки.
Иван налил рюмку и, занюхав краюшкой черного хлеба, который достал из хлебницы, опрокинул себе в рот.
— И чем же они Вас так удивили?
— Мы прогнали их по нашей базе. Таких людей не существует сейчас на земле.
— Конечно. Они давно умерли.
— И вы их фотографировал? Это не фотомонтаж, мы тоже все проверили.
— Совершенно верно. Сфотографировал.
— Но как?
— Думаю, что это началось очень давно. Волхвы переходили от дома к дому, заглядывали в окна, и постепенно научились понимать, кто живет в доме, по узорам на наличниках. Информация передавалась устно, и копилась, пока не достигла критической массы…
— Не понял? — удивился полковник. — А подробнее?
— Это надолго.
— Понял. Давайте тогда перейдем к другому вопросу. У меня есть указание побыстрее закончить беспорядки, устранить все недоразумения и наладить с вами взаимовыгодное сотрудничество. Если такое возможно.
— А если не возможно?
— Думайте сами, — ответил уклончиво полковник.
Иван снова повел носом. Скривился. Он знал, как пахнет страх и ложь. Здесь такого не было. Ну, что за порядок. Сделай, он что-то просто в рамках закона. Написал бы письмо в приемную президента, да хоть куда, хоть в ООН. На его писюльки никто не обратил внимания. Отделались бы обычной отпиской, но стоило ему организовать нормальную борьбу по всем правилам партизанской войны. И все! С ним стали говорить на равных. Даже слова подобрали. Устранить разногласия. Ну, ладно, придираться к словам не буду.
— А зачем было вообще все это начинать?
Он кинул пустую бутылку в ведро. Вы знаете самое смешное, что я точно знаю, сейчас эта бутылка полежит здесь денек, потом отправиться в мусоропровод, потом в мусоровоз и потом на этот самый проклятый полигон. Как его там? «Калинов мост». Название же придумали, как в сказке. Пиарщики хреновы. Но ведь как не называть, свалка она и есть свалка, а я просто уже не могу засирать свою собственную страну?
— Ну, по-другому пока не все умеют работать. Да и что Вы можете предложить кроме крикливых плакатов и бутылок с зажигательной смесью?
Иван оценил осведомленность полковника.
— Что в бюджете нет средств для строительства нормальных заводов по переработке мусора? Чтобы можно было пускать на вторичное сырье, вырабатывать энергию, чтобы не было этого, курва, тухлого запаха, от которого воротит. Я уж не говорю о сохранении исторического наследия. Не к ночи будет сказано.
Полковник засмеялся.
— Все же просто. Бюджет — это деньги общественные, а значит ничьи. Нужны инвестиции, а их пока из-за санкций особо никто не предлагает. В общем, замкнутый круг.
— То есть просто дело во взятках?
— Ну, что-то вроде того.
— А если я найду частные инвестиции?
Полкан напрягся. Иван даже почувствовал как у него на затылке поднялась шерсть. Почуял деньги, собака.
— Ведь это же теоретический разговор? — Как можно спокойнее выговорил полковник. — Вы представляете, какие нужны средства?
— Отлично представляю. И какие препятствия могут быть, тоже представляю.
Полковник замялся.
— Ну, почему сразу препятствия? Если мы договоримся, то могу гарантировать поддержку на самом высшем уровне.
— Знаю я Вашу поддержку, — Иван ткнул пальцем в экран ноутбуку. — Видели?
— Успел посмотреть пока ехал к Вам, — кивнул полковник.
— Мне за этот ролик немного денег полагается, от ютуба. Можете мне организовать поездку в Мюнхен? За мой счет естественно. Ну, я имею в виду беспрепятственный проход через границу.
— Только если вместе со мной.
— Естественно.
Глава 13
Самолет заходил на посадку. Иван увидел столицу Баварии в иллюминатор и попытался сравнить свои ощущения сейчас и тогда. Двести лет назад он также увидел город с высоты с холма. Город лежал у его ног, и казался игрушечным зеленым полем в туманной утренней дымке. Тогда не было высоких зданий. Не было аэропорта. Не было асфальтовых дорог.