- Свидетелей освобождения, как я понимаю, тоже нет, - высказался Наартид
- Мы были одни, когда она освободила меня, - добавил Таннари, признавая отсутствие каких-либо свидетельств.
- А вы можете сейчас доказать, что свободны? – спросил старейшина Корфару.
Клан Дармун переглянулся между собой.
- Пусть она что-нибудь ему прикажет, - предложил один из старейшин, чье имя было Валламир.
Аника вдруг вскинула руку и указала на Фло.
- Убей ее, - произнесла она ровным голосом. – Это приказ.
Несмотря на смятение перед старшими оборотнями, Анику задели необоснованные обвинения блондинки. Она спасла ее, хотя могла запросто позволить Таннари задушить. Это раз и навсегда избавило бы их жизнь от ее надоедливой персоны. Но она искренне не желала ей смерти, а лишь хотела покоя и счастья для себя и любимого. Поэтому исполнилась решительности, чтобы доказать, что не могла такого приказать. Таннари покосился на жену с некоторым удивлением.
- Ага, сейчас, - выдохнул он, - буду я еще об неё руки марать.
Он расслаблено откинулся на спинку кресла, одаривая блондинку убийственным взглядом. Сам прекрасно понимая, что любая агрессия в ее сторону может перевесить чашу правосудия не в их сторону.
- Вот видите, - вступилась Тасмин. – Если бы она могла ему приказывать, то он послушал бы ее. Как и тогда на свадьбе.
- А тогда он ее послушался! – выкрикнула Флоранс с видом жертвы.
- Лживая мразь! – выкрикнул Таннари, возмущенный наглостью волчицы. – У тебя нет никаких доказательств, что человеческая девушка отдала приказ напасть. Ты все это выдумала!
Он подался вперед, почти поднявшись со стула, впиваясь взглядом в девушку-оборотня. Послышался скрежет ногтей об поверхность стола: Таннари яростно сжал руку, царапая его. И Флоранс невольно вжалась в кресло, чувствуя силу вышестоящего по иерархии. Если бы та свадьба состоялась, и она стала его женой, то заняла бы равную с ним ступень. Никто не смел бы ей перечить. У них были бы равные права, и он не смел бы и пальцем тронуть ее. Но это место заняла Аника, что сильно задевало самолюбие волчицы и ее семейства и толкало на дальнейшие гадости.
- Я признаю, что напал на нее, - проговорил он, переводя взгляд на старейшин, - но не потому, что мне кто-то приказал, а потому, что она хотела убить мою невесту из-за безосновательной мести. Достойно ли такое существо жить? А эта девушка, - Таннари указал на Анику, - теперь моя жена. И никто не смеет к ней прикасаться, иначе это будет считаться оскорблением всей стае.
- К тому же она проникла на нашу землю и в дом! – напомнил возмущенно Акелан.
- Они бросили мою дочь одну подыхать с раздавленной трахеей в подвал, тогда как сами беззаботно плясали и жрали, – вмешался Орхар Шадрин, всё это время сидевший молча и равнодушно наблюдавший за происходящим. – И неизвестно, выжила она или нет, если бы я не забрал ее вовремя.
- Вы говорите заведомо неправдивую информацию, - запротестовала Тасмин, нарочно говоря холодным официальным тоном. – Ваша дочь до вашего приезда находилась всё время под присмотром, и ее состояние внимательно контролировалось. Вас уведомили практически сразу после происшествия. Это вы сами соизволили забрать ее только среди ночи. И любой в нашем доме это подтвердит.