Протянул руку Лаки.
— Я-Норманн.
Слушатели разбрелись по своим местам.
Норманн сел рядом, сложив ноги под себя под неодобрительное ворчание Кона.
— Мы почти все тут из тюрьмы 670 в веганском субсекторе.
— Тюрьма переехала? — улыбнулся Лаки.
— Смешно. — буркнул Кон.
Радко пожал плечами.
— Альдеры купили всех заключенных и устроили здесь, на третьей Альди сортировочный лагерь. Нас больше было, но человек сто отсеяли в первые дни: самых буйных и наглых вывели и с концами.
— Тут одни мужчины.
— Наша тюрьма была мужской.
Я бы не возражал против телочек под боком! — буркнул Кон.
— Альдерам нужны бойцы, вот нас сюда и свезли.
— Это только гипотеза. — отметил Радко. — С чего ты взял что мы на третьей Альди?
— По гравитации. Только на третьей планете Беты Альди есть такая, вполне терранская.
— И чем эта третья планета знаменита? — спросил Лаки, растирая свои ступни руками.
— Тут уже сто лет война идет. Первопоселенцы против поселенцев второй волны. Лет двести сюда прилетели терране, обжились, обстроились, завели свои порядки. Потом явились люди с веганского сектора. Добывать редкие руды. Их было больше, и они попытались диктовать свою волю первопоселенцам. Слова за слово. Появились трупаки. Тотальная оккупация, зачистки и в ответ партизанские наскоки. Крупные поселения и рудники в руках у республики Альди, а вся прочая планета контролируется повстанцами. Они себя именуют «свободные». Веганцы прессуют местных, а те в ответ их режут по ночам или где встретят. Раньше набирали сюда наемников, но дураки перевелись и берут в карательные части всякого кого найдут. Заключенных, рабов… Дохлая у нас перспектива. Или Альдеры пристрелят или свободные зарежут.
— Нас отправят в местную армию?
— Судя по всему. Так они и не скрывают чего хотят.
— Не бояться, что мы убежим или взбунтуемся?
— Насчет бунта у них всякие примочки есть. А бежать отсюда невозможно. Где взять корабль и пилота? Орбитальная станция контролируется веганцами.
— Откуда ты такой умный взялся? А, студент? — буркнул Кон. — Тошно тебя слушать?
— Они меня Студентом называют. — улыбнулся Норман. — На Брании, в веганском секторе я учился в универе.
— Пока не начал бомбы собирать в своем кампусе! — Кон широко зевнул. — Уже слышали тыщу раз!
— Ибрагим еще не слышал. — возразил Радко.
— А в глаз? Дайте мне поспать, уроды!
— Мне два пожизненных дали. — улыбнулся ушастый студент. — Как террористу.
— Ты не террорист, а дрист. — буркнул Кон.
— Он только рычит, а сам боится. Устроит драку и его того… выведут.
— Куда выведут?
— Телок мазать шоколадом! — хмыкнул Кон. — Дайте поспать!
Лаки вспомнил девочек с Лутанга, перемазанных шоколадом до ушей и загрустил.
— Мазал я как-то девчонок шоколадом…
Кон моментально открыл глаза.
— А ну-ка расскажи и больше подробностей!
— Не вздумай. У нашего громилы одни бабы на уме. Возбудится еще чего доброго! — заметил Шонк и отодвинулся за Радко.
Кон показал ему кулак.
— А почему вы говорите: «Альди»?
— Местные считают неблагозвучным «Альдебаран» вот и сократили. — ответил Радко.
— Эй, про девок лучше давай!
— Отстань, Кон. Никуда девки от тебя не денутся. На планете их несколько миллионов.
— Если найдешь! — ухмыльнулся Норман. — Тут столетняя партизанская война идет. Есть военные бордели, небось, но туда нас не пустят. Мы — пушечное мясо, смазка для шестеренок войны…
— Расскажи мне про местные дела.
Кон заскучал и опять закрыл глаза.
Внезапно появившаяся в предплечье правой руки боль удивила Лаки.
Над дверью ожил динамик.
— Ибрагим Гамид — на выход!
— Ступай, они ждать не любят. — заметил Радко.
В предплечье словно гвоздь воткнули.
— Нанодетектор, подключился к нерву. У нас у каждого такой. Шевелись, хуже будет.
Когда Лаки добрался до двери рука от боли совсем онемела, и испарина выступила на лбу.
За дверью ухмылялись охранники в броне и с шокерными дубинками. У одного в руке наладонный планшет.
— Ты не торопился, чмо.
— Я — Ибрагим Гамид.
— Видим… ага…
Боль исчезла в одно мгновение.
— Иди вперед, дознаватель по тебе скучает.
К дознавателю Лаки взялись водить каждые пять часов. Рассказывал о своих приключениях, держался первоначальной версии и было не понятно, приняли его рассказы за правду или нет. Не били, не запугивали. Просто ездили по мозгам одними и теми же вопросами. Лаки не выспавшийся и голодный — тупил и скучал. Скучал и дознаватель.