Затем Элизабет добралась до сорочки и пеньюара, которые для нее подобрал Дэш. На губах женщины заиграла улыбка. Длинная рубашка была сшита из фланели, и явно шла в комплекте с халатом. Она бы согревала Элизабет в холодное время года. Как и пара толстых и мягких носков. Неужели этот мужчина предусмотрел все?
Элизабет в замешательстве покачала головой и задумалась, в какой момент эта суровая реальность прекратила свое существование. За какой-то миг чувства Элизабет изменились от чистого ужаса к робкой надежде. Ведь если бы в намерения Дэша входило предать ее с Кэсси и отправить девочку к Грейнджу, то он бы уже осуществил этот план.
Ну, и как ей теперь доверять интуиции? Элизабет встала, прислушиваясь к шуму воды, льющейся в соседней комнаты, и тяжело сглотнула. Господи, как же ей хотелось верить Дэшу, но страх преследовал ее подобно беспощадному демону. Если у нее будет пистолет и «хаммер», то это приблизит ее на еще один маленький шажок к цели.
Бросив взгляд на одежду, купленную Дэшем, Элизабет прикоснулась к мягким платьям и чуть не закричала от ярости. Нельзя никому доверять, и неважно, насколько отчаянно она этого желала. Элизабет старалась не обращать внимания на душу, вопившую в знак протеста, так как сознавала, что должна спрятать Кэсси от новой и, вероятно, неизвестной угрозы.
Звук льющейся воды и стонущих труб казался слишком громким. Плюс ко всему она не услышала щелчка закрываемой двери, но сейчас Элизабет находилась в отчаянии. Еще немного постояв на одном месте, она начала подкрадываться к ванной.
Унять дрожь от истощения и нервов, которые охватывали судорогой ее тело, было не так-то просто. Одна только мысль о предательстве вызывала у нее омерзение. Дэш — единственный, кто добровольно встал между ней и ее преследователями, но с другой стороны, она не могла позволить себе допустить очередную ошибку.
С каждым шагом, приближающим ее к двери ванной, Элизабет вспоминала всех, кому когда-то доверяла. И, к сожалению, их оказалось совсем немного. Первым пришел в голову следователь из полиции в Аризоне. Она надеялась, что его жизнь осчастливило то небольшое вознаграждение, которое он получил за то, что выдал их местонахождение. И вместе с тем, она отчетливо помнила репортаж об убийстве автомеханика, который помог ей скрыться после того, как отремонтировал машину. Его смерть теперь лежала на ее плечах.
Обхватив ладонью дверную ручку, Элизабет медленно и тихо ее повернула. Он определенно не взял пистолет с собой в душ. Значит, тот должен лежать где-то в пределах досягаемости. Она потихоньку начала открывать дверь, постепенно, осторожно…
***
Дэш прислонился головой к стене душевой кабинки и с сожалением поморщился.
«Не надо, детка. Пожалуйста, не делай этого», — эти слова вновь и вновь прокручивались в его голове, пока аромат Элизабет все больше насыщал окружавший воздух. Яйца Дэша подтянулись от распространившегося по комнате благоухания — женственный, обжигающе чувственный, решительный, испуганный. Из-за ее страха сердце Дэша сжималось от боли, а из-за чувственности Элизабет, его член требовательно дернулся. Все, так или иначе касающееся Элизабет, заставляло Дэша сгорать в огне, желая испробовать ее.
Пар, окружающий Дэша, пропитался запахом Элизабет, обволакивая его чувства и отправляя разряд нужды прямо к его пульсирующей эрекции. Мысленно Дэш представлял, как Элизабет берет себя в руки, преодолевая свой страх, и медленно заходит в маленькую ванную.
«Не забывай о том, насколько важно заслужить ее доверие», — решительно напомнил он себе. Элизабет должна понять, что Дэш сможет обеспечить им защиту и сделает для этого все возможное. Она должна убедиться, что у него хватит сил и самонадеянности, остановить даже ее, если это потребуется. Но если ему придется однажды столкнуться с Элизабет, вопрос был только в том, получится ли у Дэша сохранить контроль и не прикоснуться к ней?
«Не делай этого, Элизабет», — Дэш стиснул зубы, прислушиваясь к шороху, пока миниатюрная женщина кралась по комнате, вынуждая его тело напрячься в ожидании.
«Прекрати! Не давай мне повода прикоснуться к тебе!», — пересеки он эту черту, то уже не смог бы остановиться. Мимолетного касания было бы недостаточно. Элизабет обернулась бы для Дэша пиршеством эмоций, эротическим лакомством. А ведь она только начала хоть немного ему доверять. Если бы Элизабет только перестала сомневаться в том, что он появился в их жизни только ради нее и Кэсси. Что не имеет никакого отношения к их преследователям.