Я стала заходить в своих фантазиях так далеко, что волком у меня оказывалась наша Светлана Львовна из средней группы. Она снимала свой воспитательский халат, под которым было серое платье, ставила перед собой тех девочек, которые плохо ели полдник и говорила им, что сейчас будет их есть - каждую по очереди. Девочки плакали очень жалобно, но Светлана Львовна была неумолима. Меня не было среди них - я кислый кефир допивала до самого дна, на котором приторной горкой лежали два нерастаявших кусочка сахара.
Когда мне было семь, я снова потерялась, но уже не одна, а с Ленкой, тети Лидиной дочкой. Сначала она говорила, что знает, где тот черничник, потом, что уверена, в какую сторону идти домой. Мы все-таки добрались, но уже затемно и разошлись, каждая в свою калитку.
Бабушка молчала. Что говорит тетя Лида тоже не было слышно, хотя она была сразу за забором.
Потом Ленка завизжала, истошно и тонко, как поросенок.
Бабушка выломала длинный прут, взяла меня крепко за руку и сказала сухим и плоским голосом, который я у нее никогда не слышала: “пойдем”. Я онемела от страха, но в этот раз не раздавалось треска веток под ногами, только один Ленкин визг.
Бабушка сама открыла дверь, стучаться не было смысла - никто бы не услышал. Ленка стояла коленями прямо на земле, тетя Лида прижала ее за шею к скамейке, а другой рукой хлестала по голому телу тонкими остатками березового веника, которым они мели во дворе.
Бабушка ударила женщину сначала по плечу, там где кончался короткий рукав платья, потом ниже и несколько раз по кисти, так быстро, что я сначала не поняла, что происходит. Тетя Лида выпустила воющую Ленку и оторопело смотрела на бабушку, нелепо держа перед собой веник, как какую-то шпагу. Бабушка замахнулась снова, но бросила прут.
- Еще раз девку тронешь, я руки тебе переломаю, поняла?
Она не стала дожидаться ответа, взяла меня за плечи и повела к нам. Меня стошнило по дороге, потом еще раз дома, и поднялась температура.
- Потом поймешь, - сказала бабушка, - Или нет.
Утром я слышала, как мама кричала ей, что она сумасшедшая старуха и сломала мне психику. Она забрала меня, а я, вернувшись, первым делом спустила в унитаз все свои шапки красного цвета.
- Мой ребенок учится переживать гнев, - невозмутимо объясняла мама, бушующему подъезду, оставшемуся без воды, пока сантехник ковырялся в забившемся стояке.
Реальность попрала мою сказку. Слишком страшно, по-настоящему невыносимо визжала Ленка “волки, волки!”, чтобы хоть одна мысль о них продолжила волновать меня.
Но горбатого могила исправит - так говорила бабушка.
____
- Тут безглютеновые маффины, - давала мне инструкции мама (она улетала на очередную випасcану), - Тут омега-6 и омега-9. Отнеси это бабушке. Мы давно ее не навещали.
3. - Петя, проснись! Петя!
- Мм...
- Петя, она снова звонит! Четвертый раз уже.
- Маш, я сплю.
- Петя.
- Я не могу.
- Петя, она сказала, что будет звонить, пока ты не ответишь.
- Придумай что-нибудь, я полночи работал.
- Ты в танки свои играл, я видела!
- Маша!
- Что, Петя?! Я ее боюсь. У меня от ее голоса мурашки по коже!
- Какие мурашки, Маша? Скажи, я перезвоню.
- Сам скажи!
- Алло.
- Петр?
- Эльвира Михайловна.
- Как хорошо, что я вас застала! Ваша очаровательная жена сказала, что вы будете только в следующем году.
- Маша?
- Петр. Владимир Сергеевич прочитал, что вы прислали. Он озадачен и в недоумении. Я озвучу вам его вопросы.
- Хорошо, но я работал по утвержденному плану - у меня все записано.
- Начнем с главного. Скажите, Петр, вы волконенавидец?
- Кто я?
- Куда вы его засунули? Что это за психоневрологический диспансер? Было указано: Волк помещен в спокойное, безопасное пространство, соответствующее его статусу. Натуральные тона, мягкое освещение, оригинальные, но ненавязчивые дизайнерские решения, возможно, с добавлением природных акцентов. Дорогая мебель: кожа, палисандр. Профессор - мировое светило, радушный бонвиван без излишней игривости. Умен, сдержан, ироничен, но корректен, открыт, крайне заинтересован в стоящей перед ним задаче - помочь Волку. Где все это?
- Понимаете, это все штампы...
- У вас Аркадий Петрович пахнет стиральным порошком. Считаете это удачной литературной находкой?
- Эльвира Михайловна.
- Петр, почему у вас интеллектуал Волк говорит короткими фразами, как гопник с лесоповала?
- На районе.
- Что?
- Гопники - на районе. На лесоповале - зеки. Заключенные, я хотел сказать.
- Так зек или гопник? И кстати, кто у вас Волк по национальности?