— Конечно, — обернулся командир, — вполне себе разумно скрыться в темноте. Выключаем фонарики.
Щелкнули кнопки, и вход во двор церкви погрузился в полнейшую темноту.
— А как же мы будем ориентироваться? — разволновался старший сержант.
— Петренко, не тупи! — сказал сквозь зубы вытянувшийся позади Шрам. — У них-то фонари включены!..
— Молодца, товарищ подполковник! — поднял палец вверх старшина. — Все доходчиво объяснили.
— Обращайся…
— Так! — напомнил о себе лейтенант. — На счет пять — в атаку!
— Так точно! — ответили солдаты.
— Почему промолчали? — спросил Сорочкин у наемника.
— Я позже пойду. С другой стороны.
— Это приказ! — злился командир.
— Ты, лейтенант, хоть тут и главный, а по званию меня младше, и приказы отдавать мне права не имеешь.
— Ну, смотри у меня! На базу вернемся, что б погоны показал!
— Обязательно.
— Раз, два, три — начал отсчет Немов, — четыре, пять… В бой!
Бойцы устремились на свет бандитских фонариков. Смирнов, Немов и Петренко устроились по левую сторону входа, а лейтенант и ефрейтор — по правую. Петр решил зайти через заднюю дверь церкви и застать Ренегатов врасплох.
Когда наемник стал обходить двор, он увидел, что купол разобран с той же целью, что и изба на хуторе: из него сделали смотровую площадку. Рядом с церковью было расположено кладбище.
Тем временем битва в храме шла на всю катушку: солдаты палили по противнику, будто охотники по убегающему зверю. Бандиты то и дело падали замертво. Но казалось, что Ренегаты не кончались, а боезапас был на исходе.
— Товарищ старшина! — кричал ефрейтор, не отпуская курок. — Вы думаете, мы сможем взять эту точку?
— На Бога уповай, Сорочкин, — тем же криком отвечал Немов. — Мы же в церкви!
Солдаты отвлеклись и не заметили, что бездыханное тело сержанта Смирнова лежит у их ног.
— Твари! Когда они успели!? — пробежал мимо Петренко, отстреливаясь от бандитов, сидящих наверху.
Ефрейтор вгляделся в темноту в противоположной стене зала: там появился высокий силуэт подполковника.
"Как же так, — думал Шрам, готовясь к выстрелу. Смирнов упал на его глазах. — Такой хороший боец был…"
— Расступайтесь, черти Ренегатовские! — сказал Петр и открыл огонь по обернувшемуся бандиту.
Тот упал, уронив старый "ТОЗ". Увидев убитого товарища, противники с криками бросились на наемника.
У Петра что-то случилось с головой: в глазах то и дело становилось темно, а в ушах не прекращался звон. Конечности стали слабнуть. Шрам уронил пулемет, а затем отключился сам.
Бандиты обрадовались, заметив, что нарушитель покоя нейтрализовал сам себя.
— Серый, — скрипел один Ренегат другому, — давай осмотрим этого горе-стрелка.
— Я не против, Толян!
Как только "друзья" дошли до тела наемника, из кустов прилетела дымовая граната.
— Толян, — взволнованным голосом закричал Серый, — что за чертовщина?
— Я откуда знаю?!
Мимо мародеров пролетело две пули. Оба товарища со всех ног бросились бежать.
К наемнику вышел человек в черном, готическом плаще.
— Пошли, голубчик… — сказал он, хватая Петра за руки. — Я тебе подсоблю…
Странник вновь скрылся в зарослях, волоча за собой полуживого Шрама.
Глава ХVIII.
Шрам очнулся, но не решался открыть глаз. Его охватывало чувство чего-то чужого, незнакомого и, возможно, опасного. Но наемник привык смотреть страху в глаза и быть с проблемами на ты. Он перевернулся на другой бок и открыл глаза.
Петр понял, что такое де жа вю. Он вновь лежал на кровати в незнакомом помещении. Следуя инстинкту самосохранения, Шрам стал исследовать взглядом комнату. Кровать, как и в кабинете профессора, стояла в углу, но другой стороной. Рядом не было никакого стола, но стояла тумбочка, на которой лежали исписанные листы и чернильница с пером.
— Неужто я в средневековье попал, — хмыкнул Шрам.
Напротив кровати так же находился книжный шкаф, но он был раза в два шире и занимал всю стену. Слева от кровати была дощатая самодельная дверь, неумело вмонтированная в стену и держащаяся на одной петле, а напротив двери — массивный комод с пятью выдвижными ящиками.
Также в помещении было окно. Оно располагалось прямо над кроватью. Петр, не вставая, выглянул в него, и понял, что все еще на болотах.
Сейчас наемник мог встать, и это пока радовало его больше всего. Но, не найдя на себе оружия, он насторожился. Скорее всего, его обокрали бандиты, а сейчас он в логове их главаря и его ожидает печальная участь.