— Кого я вижу! — притворно радовался «Барон» входу знахаря.
— А я-то как рад встрече с тобой, Бурундук!
Бандит поморщился, а за его спиной прошел смешок.
— Не называй меня так, — Бурундук встал и подошел к Мультитулу.
— А как мне тебя ещё называть?
— Я для них — Барон! — Ренегат замахнулся и хотел ударить гостя по лицу, но тот задержал кулак.
— А для меня ты всё тот же мелкий вор, — сказал с насмешкой знахарь и откинул руку «Барона».
— М-да, ты уже не тот червяк, каким был в школе…
— Было, знаешь ли, — Мультитул повращал плечами, — время подкачаться.
— А у меня была уйма времени! — бандит резко, одним движением достал из кармана нож и приставил его к шее переговорщика. — Что, теперь не такой смелый? Хе-хе… Конечно, бойся, бойся! Зеков надо бояться… А именно из-за тебя я стал им!
— Ты сам виноват! — отстранялся от лезвия знахарь. — Вы со своей шайкой мешали всем хуторам нормально жить!
— А потому что мне хотелось жить лучше! А ты меня сдал… Хм, и ведь точно таким же способом, как положил моих ребят… Мы-то думали, ты в банду хочешь вступить, нормальным пацаном стать, а это, как выяснилось, подстава была. И надо же, согласился участковый на эту аферу! Пока ты нас забалтывал, он Сашку Элвина повязал…
— Тогда вы были уже не просто шайкой мелких хулиганов, а настоящими садистами! Вы зарезали четыре кошки, просто чтобы повеселиться! Вы угнали мотоцикл у деда Васи и ограбили магазин моей бабушки!
— Этому алкашу мотоцикл только в тягость был, а продавать, дурак, его отказывался… А бабка твоя один черт каждый день закупалась!
— Да её чуть инфаркт не хватил, когда она пустые полки увидела!
— А меня в тюрьме чуть не зарезали! А я тебя таки зарежу, а потом выброшу в сливную яму, что бы тебя плоти по кускам растащили! — Бурундук замахнулся, и в этот момент Мультитул вывернулся и закричал:
— Сюда!!!
После крика, сзади раздались выстрелы. Бандит развернулся и увидел своих охранников лежащими на земле.
— Я снова был на шаг впереди тебя и твоей жажды мести… — произнес знахарь.
— Это и есть твоя братва?
— Это — моя команда. И мы здесь по твою душу.
— Зачем тебе это?
— Я не хочу, чтобы такие люди, как ты, заставляли других убивать просто так.
— Тебе светит… Как минимум 12 лет, — вмешался в разговор Петр. — По двести десятой УК РФ. И это только за группировку. А ещё убийства, грабежи и тому подобное.
— Лицом к стене, руки за спину, — сказал Вяткин, растягивая толстый канат.
— Нет! — прокричал Бурундук. — Живым — не дамся!
Он рывком достал пистолет и выстрелил себе в подбородок.
Бойцов охватил шок. Никто не ожидал, что от обыкновенного чувства страха человек может лишить себя жизни.
— Теперь только Бог ему судья… — смотрел на тело заклятого недруга Мультитул. — Но не следует расстраиваться! Хочу напомнить, что мы захватили главную точку на карте болот! И во многом, ребята, это ваша заслуга.
— Да, пришлось попотеть… — вытер пот со лба Ежов.
— Как же вы так мастерски расправились с бандитами? Я даже выстрелов не услышал!
Петр рассказал ему, что после битвы на Сгоревшем хуторе они со старшиной обыскали тела Ренегатов. У троих из них на оружие были прикреплены глушители. Предметы распределили между самыми старшими по званию: самим Шрамом, старшиной и Петренко. Ежов и Вяткин, в целях безопасности, использовали пистолеты.
— Ловко это вы! Хотя, я против мародерства, но это помогло нам одержать победу!
— Теперь надо на Южный хутор идти, — сказал Шрам. — А то Лебедев нас съест.
— Для начала бы самим подкрепиться, — вмешался старшина. — У меня с утра во рту ни маковой росинки!
— Как говорили греки: «Серо вениентибус осса»! — Мультитул полез в карман.
— Чего? — спросил своим противным голосом Ежов.
— Опоздавшим — кости! — знахарь протянул солдатам пачку галет.
— Спасибо! — хором крикнули голодные бойцы и вдвоем разорвали упаковку хлебцов.
— Ей Богу, с голодного края! — сказал Петр и закинул в рот жевательную резинку.
— А ты не завидуй, — толкнул наемника Мультитул.
Солдаты хрустели хлебцами, а Шрам думал, как бы успеть захватить последнюю контрольную точку за оставшийся день.
"Уже почти пять часов вечера, до хутора идти около полутора часов. Как атаковать бандитов в темноте без уверенности в количестве противников? К тому же, я не знаю, есть ли у Ренегатов фонари. Если нет, то не будет ничего видно".