— Редко встретишь сталкера с длинными волосами, так что раритету отказать не могу. У нас всегда вода на плите, мало ли что. Закипит — вымоешь свои космы.
— Спасибо. Пока можете нам чего-нибудь съедобного принести?
— Каша пшенная со вчера осталась. Там вам как раз хватит.
— Несите две тарелки.
Шрам хотел привычно отказать, но внезапно сам почувствовал голод.
— Чего, в животе заурчало? — считал Мультитул. — Прошло уже все, теперь не будешь мучиться.
— Ну наконец-то! — наемник стукнул обеими ладонями по столу.
За прилавок вернулся бармен с двумя тарелками каши и ложками. Товарищи кивнули в знак благодарности, взяли ложки и стали есть.
Петр доел первым и теперь рассматривал сталкеров за столами. У всех на столе была водка, означавшая окончание ходки или сложного боя с мутантами. Вдруг Шрам заметил что-то неестественное…
Да, все было именно так, как наемник это увидел. Еду между столами разносила… женщина. За двадцать пять лет отшельничества он ни разу не видел здесь представителей слабого пола. Хотя, где он их мог увидеть?
Потом взгляд от тарелки оторвал знахарь, отодвинул грязную тарелку и посмотрел туда же, куда Петр.
— Что за прекрасное создание работает здесь официантом?
— Заметили? — усмехнулся старик. — Племянница моя. Диковинка, первая женщина в Зоне, считай. Я её отговаривал, да она говорит: «Нет, дядя, мне тоже интересно, что у вас там происходит». Ну, и увязалась за мной. Что ж я её, выгонять буду? Устроил официанткой. Хоть какой-то помощник.
— А что? — спросил Шрам. — Рук не хватает?
— Естественно. Такую ораву содержать, — он показал рукой на пирующих. — Я в четыре утра встаю, что бы все приготовить. Племянница пытается помочь, но готовит, откровенно, так себе.
У провидца загорелись глаза:
— Я могу подработать у вас.
— А ты точно готовить умеешь?
— Точно.
Владелец упер ладони в стойку и вызывающе посмотрел на Мультитула:
— Макароны в кипящую воду кидают или в холодную?
— В кипящую! — с таким же вызовом ответил знахарь.
Старик помедлил с ответом, но потом спросил:
— А что ты за это хочешь?
— Наводку на тех, кто торгует информацией. Ну, и рублей пятьсот, естественно.
— Согласен. Там вода согрелась, вымоешь голову, и на кухню. Видишь, какой бар популярный, — потом он окликнул племянницу. — Диана!
Девушка обернулась и подошла к стойке. Стройная фигура, голубые глаза, светлые волосы. На ней было надето голубое платье чуть выше щиколоток.
— Чего тебе, дядюшка? — спросила она тонким голосом.
— Помоги человеку, — велел владелец, — проведи его в комнату с бадьей, и воду горячую возьми, пусть голову помоет.
Девушка кивнула, положила поднос на стойку и прошла в помещение, откуда бармен выносил кашу. Это напомнило наемнику об оплате.
— Сколько мы вам должны? — спросил Петр, доставая помятые купюры.
— Сто сорок рублей, — бармен пожал плечами. — Особо не за что платить. Без соли, без перца, без сахара, да ещё и вчерашняя.
— Сдача будет? — Шрам протянул банкноту в пятьсот рублей.
— Будет, конечно, — он выдвинул из стойки ящик, где были аккуратно разложены купюры и монеты разных номиналов. Старик стал в них копаться, потом отвлекся и крикнул. — Диана! Ты где там?
Племянница бармена вышла из кухни с неполным ведром воды в правой руке.
— Иди за ней, — обратился владелец к провидцу. — Потом — на кухню. Тебе мыла дать?
— Сами с усами, — телепат вытащил из кармана кирпичик хозяйственного мыла.
Мультитул вышел в дверь с другой стороны стойки, в которую перед этим вошла Диана. Наемник напомнил про сдачу.
— Да, да… — бармен явно волновался, но наконец положил на стол четыре купюры и монету. Петр, как обычно, положил их в карман разгруза.
— Чего ты волнуешься так? — спросил Шрам.
— Да… Боюсь я твоего товарища, если честно.
— А чего на работу взял?
— Ну, думаю, от крови отвлеку, на кухне-то…
— От какой крови? — удивился наемник.
— Ну… Мало ли. А тут… Ну, у них же там принято, кровь девственницы, жертвоприношения… За Диану переживаю…
— Ты за кого Мультитула принял?
— Мультитул? Хм… Странная кличка для сатаниста…
— Чего? — наемника потянуло в хохот.
— А почему ты смеешься? Как вообще можно в напарниках держать гота?
— Он — не гот. Мультитул наоборот очень набожный. Просто он крест под свитер спрятал.
— А с одеждой что? Плащ-то шипованный! Ещё и ботинки эти высокие…
— Это просто очень практично. Ботинки — чтобы штаны не пачкать, а на плаще куча карманов.