Только долго горевать некогда, нужно хоть немного порядок навести, людей накормить, детей успокоить. Деревенские тут больше суток взаперти сидели, не могли выйти. Напуганные, голодные. Когда дело есть – не до лишних слез.
Василина тоже помогать взялась – на кухню готовить. Лучше там, чем на мертвых смотреть. На кухне от нее больше толка.
Мужчины трупы собирали.
Потом складывали костры.
Когда из леса вернулся Тихомир, сказал, что Есислава тварь задрала, из кустов выскочила, но он эту тварь убил – шепот прошел, заволновались. Но особо удивляться никто не стал. Не он один, многие полегли. «А храбрый мужик был», - Василина слышала, как шептались. «Из него бы князь вышел…» И еще: «Наша княжна без жениха осталась. А ведь у них бы сладилось».
Ох. О таком Василина не думала, не загадывала далеко. Им бы сейчас с этой заразой разобраться, не до женихов.
Но теперь надо царю писать, он нового пришлет. Чтоб был на земле хозяин.
Только не хочет Василина нового.
- Княжна… - Тихомир подошел. У него на ладони платочек, в нем кольцо. – Пусть у тебя будет. Царю отдашь. А может, и самой пригодится еще, кто знает.
- Самой? – Василина даже вздрогнула.
Тихомир плечами пожал.
- Кто знает. Сильная штука, человека очень меняет, но совсем уж чудес ждать не стоит. Лицо меняет, но глаза, улыбка у него – такие же. Хороший парень. После всего, что сегодня было – могу точно сказать, что хороший. Вернется скоро, ты не думай. Такой не бросит.
Не бросит. Только что ей теперь со всем этим делать теперь?
Глава 7. О путниках и дорогих гостях
- Хозяин! Переночевать пустишь? Я отработать могу.
На пороге трактира стоял мужчина. Молодой, но довольно потрепанный, худой, осунувшийся, соломенная борода торчит клочьями. И все же видно, что сильный и крепкий.
- Нет у меня работы!
Связываться с бродягами не очень-то хотелось, да и вообще день такой… Жена снова слегла. И до этого еле ходила, стоило хоть что-то сделать и все, устала, не может больше. А тут и вовсе не встает. Лекарь травки какие-то сунул пить, а дальше только руками развел – на все воля Матери. А в голове только дурацкая мысль крутится – кто теперь будет грибы на зиму солить? Ведь у нее же свой рецепт, другие так не умеют. К ним ж местные вот только ради ее грибочков ходят…
Да провались они пропадом, эти грибы! Лишь бы встала. Как он без нее?
А тут этот еще… чего-то хочет. Не до того.
- А, может, кому поблизости работники нужны? – спросил мужчина. - Не знаешь?
- Не знаю, - буркнул трактирщик. – У других иди сам спрашивай.
- Ладно… - пожал плечами мужчина и уже повернулся было, собираясь уходить.
Не споря, не прося ни о чем, так, словно и не очень-то надо ему. Ему ведь не работа, ему ночлег нужен?
Какое-то время трактирщик смотрел ему в спину… плечи угловатые, костлявые, левую ногу чуть подволакивает, но шагает быстро, уверенно… и не выдержал.
- Эй! – окликнул он. – Куда идешь-то?
- Домой, - просто сказал тот.
Что-то было в этом… Издалека ведь идет, измотан весь, оголодал, вон – щеки ввалились. Башмаки все разваливаются.
- А откуда?
- Да… - мужчина как-то неопределенно кивнул за спину, ухмыльнулся криво, - из Илгара.
Трактирщик аж присвистнул. Далеко. Это ж надо!
- И как тебя туда занесло?
- Так война была, - сказал мужчина. Глаза у него синие-синие. – Я в плен попал. А теперь вот удалось сбежать, хочу домой вернуться.
- И далеко тебе до дома?
- На восток, за Оленец, до Синих холмов.
Это еще недели три так идти можно, если пешком. А то и больше.
- А у тебя денег нет?
Мужчина, поджав губы, покачал головой.
- И как же ты? – спросил трактирщик.
- Да ничего, как-нибудь. Иногда удается немного заработать.
И что ты будешь с ним делать? Ведь и не просит ничего, а так… Да еще на ночь глядя. Куда тут идти? Кто ж человека на ночь выгонит?
- Слушай… мне стойла надо прибрать, - сказал трактирщик. - Сделаешь? За это накормлю и пущу на конюшню переночевать.
Мужчина заулыбался, обрадовался явно.
- Сделаю, - кивнул он. – Да. Вон там у тебя конюшня? Если лошади стоят, могу лошадей почистить, у меня с ними хорошо выходит.
Трактирщик вздохнул только. Вот и откуда такая прыть?
- Пойдем, накормлю сначала. Как зовут тебя?
Тот задумался на мгновение, словно вспоминая.
- Наум. Спасибо.
Синие глаза сверкнули.
* * *
Постояльцев сейчас было немного, не сезон, весна, дороги развезло. Трактир полупустой. Местные выпить приходили, а так…
- Вон туда садись, - показал трактирщик на дальний столик. – Сейчас тебе принесу.
И только на кухню пошел было, как Глашка сверху кричит, зовет. Марьяне плохо.