– В которой рассказывается хоть что-то о том, как возник Криптей. Ты не знаешь, когда это случилось?
– Знаю, – ответила Зигрид, – но точно не помню, какая тебе нужна келья. Это довольно знаменитая песнь, Главная Хранительница обязательно тебе подскажет. Но будь осторожна, дорогая: об этих людях лучше много не знать. У них повсюду уши, даже здесь. И если ты слишком настойчиво будешь выспрашивать об этой организации, то кто-нибудь непременно им донесет.
– Но не ты, полагаю? – спросила Кетура.
– Ну что ты! – Зигрид задумчиво посмотрела на мост, затем положила к огню еще орехов. – Но кто-нибудь обязательно.
– Не думаю, что это так уж страшно. Я ничем не угрожаю ни Криптею, ни стабильности государства, – заметила Кетура.
– Это не важно, – сказала Зигрид. – Криптей обладает почти ничем не ограниченной властью и не подчиняется никаким законам. И они ревностно охраняют свои секреты. Иногда мне кажется, что Академия слишком защищена. Никто не задает вопросов о Криптее, потому что никто не знает, что именно следует спрашивать. Здесь не предлагают информацию до тех пор, пока люди сами о ней не попросят.
– Единственная угроза, которая исходит от Криптея, касается моего мужа.
– А еще они убили двух легионеров, – напомнила Зигрид о тех двоих, которых казнили после неудачного покушения Уворена.
Зигрид отхлебнула чай:
– Все знали, что Криптей не имеет к этому отношения и их имя ничем не замарано, но они все равно отомстили. Они действуют, несмотря ни на что. Будь с ними осторожна! Видишь берсеркеров у входа? Их тут на самом деле тысячи, они живут под пирамидой. Если накачать их безумием, они запросто разнесут на части весь Хиндранн. И при этом, несмотря на то что берсеркеры охраняют нас от легионов, даже они не смогут защитить нас от Криптея. Мы не знаем точно, кто они, и не знаем, сколько их. Нам не известно, как их вербуют, как тренируют и даже есть ли среди них женщины.
– Должны быть, если они не безмозглые, – уверенно ответила Кетура. – Женщины перемещаются по крепости куда свободнее, чем мужчины, и к тому же их сложно заподозрить в убийстве.
– Никому еще не удавалось поймать агента Криптея. Поэтому мы можем только предполагать. Многие думают, что Криптей защищает нас от тирании. Но с произволом Черных Лордов вполне справляются и эфоры. Мы не знаем истинного предназначения Криптея и видим только длинную тень, которую он отбрасывает. Он как ядовитый грибок с такими глубокими корнями, что их невозможно выкорчевать. Насколько я знаю, вернее, насколько смогла узнать, – никто никогда не сумел поймать ни одного из них. Как их остановить, если мы даже не понимаем, как именно они действуют? Действительно ли виновны те люди, которые умерли под кукушкой? Мы ведь даже этого точно не знаем.
Кетура поникла:
– Я об этом не задумывалась.
Зигрид легонько коснулась ее руки:
– Просто будь осторожна.
– Мне все это говорят.
– Надо прислушиваться к советам, – сказала Зигрид и посмотрела на свежеотросшие волосы Кетуры.
– Мне кажется, ты первый человек, к совету которого мне захотелось прислушаться, – ответила Кетура.
Зигрид немного подумала:
– Почему?
– Обычно об осторожности говорят люди, которые боятся делать то же, что делаю я. Они говорят, чтобы я была осторожней, потому что опасаются в себе разочароваться. Они не хотят почувствовать себя несовершенными, если кто-то сделает то, что они хотели бы сделать сами, но так и не решились.
Зигрид пристально посмотрела на Кетуру.
– Так и есть. Я ведь тоже не обладаю такой уверенностью в своих силах, какая свойственна тебе, – сказала она. – Но, думаю, в главном ты права: зависть толкает людей на странные поступки. Она вырывается из них раньше, чем они успевают это осознать. Однако помни: вести себя смело – это хорошо, но неопытность может сделать тебя наивной. В том, что касается Криптея – у тебя не будет шанса на вторую ошибку. Ты умрешь уже после первой.
Главная Хранительница появилась, только когда начало смеркаться и на западе в небе появились розовые оттенки. Но такую важную женщину Кетура была готова ждать и дольше, тем более когда рядом была Зигрид. С Главной Хранительницей Истории Кетура никогда не встречалась раньше. Ростом она была почти с Кетуру, волосы ее были цвета стали, а глаза бледно-голубые. Удивительно выразительные черты лица были сплошь испещрены морщинами.
– Кетура Текоасдоттир? – спросила Главная Хранительница, посмотрев сверху вниз на все еще стоявшую на коленях Кетуру.
– Это я, миледи, – ответила Кетура, встав на ноги и вежливо улыбнувшись.
– Очень хорошо. Меня зовут Фратти Акисдоттир. – Глаза Главной Хранительницы внимательно изучали Кетуру. – Чем могу помочь, мисс?