Орлов развернулся и ушёл. Дмитрий же остался стоять за стойкой, и внутри него бушевала теперь не просто буря, а целая вселенная противоречий: ревность, зависть, ужас, жалость. Он кивнул Мике, которая осторожно приближалась.
— Всё в порядке? — спросила она, настороженно глядя на шефа.
— В порядке, — буркнул Дмитрий. — Этот гость, надеюсь, больше не придёт.
— Жаль, — неожиданно сказала Мика, пожимая плечами. — С ним интересно разговаривать. Он всё проанализировал, но ничего не чувствует. Удивительный человек.
Глава 8.
Когда в понедельник утром Алиса выехала на пустынную загородную дорогу, было ещё темно, только по краю горизонта начинало тлеть зимнее бледное зарево. Соколова наклонилась к рулю и увеличила скорость. Мир сузился до полосы асфальта в свете фар, до рёва мотора в ушах, до собственного ровного дыхания в шлеме. Это был способ медитации, когда скорость и концентрация выжигали все лишние мысли и все сомнения.
К офисному зданию Алиса подъехала ближе к половине девятого, когда рабочий день уже начался. Служебная парковка была полна, но для байка нашлось место прямо у входа. Девушка вывернула на последнем повороте, затормозила с точным, выверенным скольжением заднего колеса и заглушила двигатель.
В тот момент, когда Соколова снимала шлем, на улицу из здания вышла Тамара Семёновна Архипова, сотрудник отдела бухгалтерии, женщина лет пятидесяти с лицом, на котором жизнь выгравировала сетку вечного недовольства. Её взгляд, отточенный годами подсчёта чужих премий и анализа социальных статусов, упал на Алису, и мозг, похожий на высокоскоростной арифмометр, начал свою работу. Архипова отметила и возраст прибывшей, и явно дорогой транспорт, и джинсы, не вписывающиеся в дресс-код, и время прибытия, и уверенное поведение. Бухгалтер поняла, что это та самая новенькая, о которой говорили кадровики, приписывая ей интимную связь с руководством, и начала что-то быстро строчить в телефоне своей подруге из отдела маркетинга.
Алиса, тем временем, сняла с байка рюкзак с ноутбуком и направилась ко входу. Она чувствовала на себе взгляд, но не обернулась. Её походка была пружинистой от недавней езды на мотоцикле, и в каждом движении читались естественная грация и сила.
Александра Демидова, администратор на ресепшене, получившая накануне строгий инструктаж от Кирилла, лишь молча кивнула Соколовой и протянула пропуск с чипом. Алиса взяла его, даже не улыбнувшись, и прошла к лифтам. Она не видела, как за её спиной администратор уже набирала сообщение в один из офисных чатов-болталок: «Только что приехала новенькая на байке. Вы бы видели её! Круто выглядит». Пока Алиса поднималась на свой этаж, сплетня, выпестованная Тамарой Семёновной и продлённая Александрой, уже пошла в народ, обрастая деталями: «Говорят, приехала на каком-то огромном мотоцикле, сама управляла», «Да ещё в обтягивающих джинсах», «Пропуск ей лично Кирилл заказывал», «Ясно всё. Новая пассия нашего волка».
Соколова, войдя в свой небольшой, но уединённый кабинет с табличкой «Консультант по комплексной безопасности», закрыла дверь. Первым делом она повесила куртку на спинку стула, затем подключила ноутбук к монитору, присела, запустила сканирование сети и погрузилась в работу. Мир сузился до экранов. Струны кода, логи серверов, схемы маршрутизаторов — здесь царили ясность и логика. Алиса нашла уязвимости: устаревшее шифрование в отделе финансов, открытый порт в тестовой среде, систему контроля доступа, которую можно было обойти простым социальным инжинирингом. Каждую брешь она документировала с холодной хирургической точностью. Это был её язык, её территория абсолютного контроля.
Вышла девушка из кабинета только к обеду, чтобы размять ноги и купить себе кофе в столовой. Помещение словно вымерло на секунду, когда в нём появилась Соколова. Потом разговоры возобновились, но уже шёпотом. На Алису смотрели по-разному: открыто, исподтишка, с интересом, с завистью, с осуждением. Взгляды женщин сканировали одежду новенькой, прикидывая стоимость и уместность. Взгляды мужчин скользили по фигуре, задерживаясь на линии бёдер и на небольшом декольте. Алиса чувствовала это внимание, но реагировала на всё с каменным выражением лица. Она купила чёрный кофе без сахара, развернулась и уже собиралась уйти, но путь перегородил Павел Шаров из отдела продаж, слывший офисным Казановой.