— Должен признать, Ваша фраза задела моё любопытство, — продолжил Дмитрий свою тактику. — Кто же я на самом деле? Бутафорский волк, щенок, дестабилизирующий фактор, псих? Пожалуй, стоит начать собирать коллекцию определений и любоваться ею томными вечерами.
— Это был не комплимент, — заметила Алиса.
— А я и не надеялся, — развёл руками Дмитрий. — Вы, Алиса Дмитриевна, на комплименты вообще не щедры, а я уже начал привыкать к уничижительным диагнозам.
— Моя фраза была не про Вас, — сказала Алиса, и её голос стал тише, будто она произнесла то, что не планировала выносить на свет.
— Я понял, — коротко кивнул Волков, чувствуя, как девушка принимает какое-то решение, как внутри неё что-то складывается, выстраивается в новую непривычную конфигурацию.
— Дмитрий Сергеевич, — произнесла Соколова, выдержав паузу, — можно мы перейдём на ты? Конечно при Ваших коллегах и подчинённых я не буду нарушать субординацию, но, когда мы наедине, было бы проще обходиться без Вы.
Дмитрий удивился. Он ждал чего угодно: любой колкости, любого едкого вопроса, но не этой робкой просьбы.
— На ты? — переспросил Волков, пробуя слово на вкус, и из его уст оно прозвучало как признание, как принятие того, что Алиса только что предложила. — Хорошо, давай отбросим выканье. А теперь, если хочешь, расскажи, кого ты назвала психом.
— Льва Орлова, — выдохнула Алиса. — Наверняка ты знаешь о нём из досье обо мне. И вот он написал в мессенджере, поздравил с новой работой.
— Мило, — сухо заметил Дмитрий, — и своевременно.
— Он всегда такой, — в интонации Соколовой появилась горечь. — У Льва есть талант приходить ровно в тот момент, когда я начинаю думать, что он отстал.
— Ты права: я читал о нём в досье. Но мы успели и лично познакомиться. Он приезжал в «Циклон», сидел за барной стойкой, пил виски, общался с моей барменшей Микой, — Дмитрий говорил спокойно, будто рассказывал о рядовом визите клиента. — Мика потом сказала, что с Орловым интересно общаться, что он всё анализирует.
— Это точно, — хмыкнула Алиса. — Сканирует, собирает данные, выстраивает модель.
— Я заметил. У нас с ним вообще состоялся занимательный диалог, — продолжил Волков. — О тебе, в основном.
— И о чём конкретно говорил Лев?
— Обо всём: о том, как вы встретились, как он выстроил ваши отношения, как заботился, как контролировал, — мужчина замолчал, давая Алисе возможность остановить его, но она не стала этого делать из-за съедающего её любопытства. — Он рассказал, что создал для тебя идеальную среду, а ты назвала её экосистемой заботы.
— Хм, даже об этом упомянул.
— Да, Орлов был весьма словоохотлив, во многое меня посвятил, даже в ваш секс, в то, что давал тебе ровно то, что требовалось: и нежность, и жёсткость.
Алиса не вздрогнула. Её лицо осталось спокойным, почти равнодушным. Она смотрела на Волкова без стыда, без смущения, без того жадного интереса, который Дмитрий готов был увидеть.
— Это всего лишь пустые данные, устаревший файл.
— Согласен, — Дмитрий подошёл к Алисе на расстояние вытянутой руки и, глядя в глаза, произнёс: — Я хочу рассказать тебе кое-что другое.
— Что же? — приподняла Соколова бровь.
— О том, как будет у нас.
— У нас? — переспросила Алиса, и в этот момент Дмитрий увидел то, что хотел: как девушка на пару секунд задержала дыхание, как на её щеках проступил слабый, едва заметный румянец, как слегка расширились зрачки, как мысли о будущем затмили неприглядное прошлое.
— Да, — ответил Волков. — Я не буду таким, как Орлов, и не потому что я лучше. Просто я другой. Лев подбирал к тебе ключи, создавал карту твоего тела, желаний, слабостей и пользовался ею так, как инженер пользуется чертежом. У меня же другие потребности.
— Какие? — моргнула Алиса, выныривая из сладостной реальности, которую начала рисовать в своём воображении.
— Я хочу заблудиться в тебе, — Дмитрий наклонил голову и скользнул взглядом по лицу Алисы, по её шее, ключицам, выглядывающим из-за ворота платья. Он смотрел изучающе, но совсем иначе, чем это делал Орлов. Волков был похож на путешественника, который наблюдает за горизонтом и не знает, что скрывается за ним. — Я не хочу знать, что тебе нравится, прежде чем ты сама мне скажешь, не хочу вычислять твои слабые места, чтобы нажать на них в нужный момент. Я хочу, чтобы ты сама мне открылась, сама выбрала, что показать, а что оставить за семью замками. И в постели, — продолжил Волков, чуть ли не вплотную подойдя к Алисе, — я не буду следовать алгоритму. Я буду импровизировать, смотреть на тебя и не знать, что будет в следующую секунду, буду изучать тебя не по инструкции, а так, как изучают новый город: без карты, без навигатора. Буду смотреть, слушать тебя, чувствовать. Буду запоминать важные моменты, но не для того, чтобы составить базу данных, а для того, чтобы узнать тебя настоящую.