Допив эспрессо и одевшись в тонкое термобельё, чёрные кожаные штаны с усиленными вставками на коленях и бёдрах, серую футболку с высоким воротом, который наглухо закрывал шею, тёплую мотоциклетную куртку и ботинки, Алиса чувствовала себя неуязвимой и готовой рискнуть, открыть для себя новую страницу жизни.
Дмитрий ждал Соколову у въезда на заброшенную трассу. Он приехал за сорок минут до назначенного времени, чтобы осмотреть дорогу, проверить покрытие, понять, где скользко, где ямы, где неожиданный поворот. А ещё мужчина хотел увидеть, как появится Алиса, и она не заставила его долго ждать. Она не просто ехала. Она была частью мотоцикла, сливалась с ним в единый организм, который двигался с грацией и точностью хищника. Дмитрий почувствовал, как внутри него всё сжалось. Это было не желание, а узнавание. Дима смотрел на Алису и понимал, что видит не просто человека на байке, а девушку, равную себе, ту, что не уступит, не сломается, не отведёт взгляд первой, ту, что заставит его быть живым.
Алиса сбросила скорость за сто метров до Димы, плавно, без рывка подъехала к нему и остановилась ровно напротив, заглушив двигатель. Мир, казалось, замер, когда Дмитрий смотрел, как Алиса снимала шлем и слезала с железного коня.
— Ты не опоздал, — констатировала Соколова факт.
— Боялся, что уедешь, — ответил Дмитрий, и его губы дрогнули в улыбке, которая не была ни хитрой, ни насмешливой. — Хорошую ты трассу выбрала. Три километра дороги, шесть поворотов разной степени сложности. Правда, асфальт местами потрескался, на втором повороте — масляное пятно, на пятом — гравийная россыпь, так что будь аккуратна.
Алиса слушала, её лицо оставалось непроницаемым, но внутри что-то дрогнуло. Дима осмотрел трассу, но не для того, чтобы получить преимущество, а для того, чтобы они оба были в безопасности. Это был жест, который она не ожидала и который не могла не оценить. Соколова замерла на долю секунды, потом кивнула и вернулась к байку.
— Тогда поехали, но есть одно условие.
— Какое? — спросил Дима, натягивая свой шлем.
— Победитель получает право на желание. Любое. Без права отказа другой стороны.
Дмитрий почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он знал, что она делает: она ставит на кон контроль, проверяет, готов ли он рискнуть, готов ли подчиниться, если проиграет, и показать свои истинные намерения, если выиграет.
— Принято, — ответил Волков без тени сомнения.
Трасса встретила двоих гудящей тишиной. Первые пятьсот метров они шли ровно, притираясь друг к другу, синхронизируя траектории. Дмитрий держался справа, чуть сзади, давая Алисе лидерство. Он смотрел на то, как она ведёт мотоцикл: плавно, уверенно, без единого лишнего движения. Каждый вход в поворот был выверен до миллиметра, каждое переключение передачи было идеальным по времени. Соколова не просто ехала. Она дирижировала машиной, как оркестром. Она была в своей стихии, и это зрелище завораживало.
На первом километре Алиса увеличила скорость. Дмитрий почувствовал, как его собственный байк вздрогнул, принимая ускорение. Волков не стал отставать, вошёл в поворот следом за соперницей, повторяя её траекторию, но не копируя, а ища свою линию и свой ритм. Масляное пятно на втором повороте он обошёл слева, чуть шире, чем Алиса, и она, мельком взглянув в зеркало, поняла, что он не просто едет за ней. Он изучает её стиль, её манеру, её слабые места, но не для того, чтобы использовать против неё, а чтобы быть на равных. На третьем километре они вошли в серию быстрых поворотов. Алиса увеличила угол наклона, почти касаясь асфальта коленом. Дмитрий повторил, но его более мощный и тяжёлый байк потребовал большего контроля. На пятом повороте Алиса сбросила скорость чуть раньше, чем требовалось, на взгляд Дмитрия, но прошла участок с хирургической точностью. Волков, следуя за девушкой, почувствовал, как заднее колесо Ducati повело на секунду, но он поймал занос, выровнял байк и продолжил движение, не потеряв ни темпа, ни концентрации. Это вызвало в Алисе чувство уважения, смешанное с чем-то ещё, чему она не хотела давать имя. Последний поворот был самым сложным: длинная дуга, покрытие с перепадом высот, требовавшее идеального расчёта траектории. Алиса вошла в него на максимальной для себя скорости, чувствуя, как центробежная сила давит на тело, как байк вибрирует под ней, как мир сужается до полосы асфальта. Дмитрий пошёл на обгон. Он сделал это нерезко, неагрессивно. Он просто нашёл линию, которая позволяла пройти поворот быстрее, и использовал её чисто, профессионально, без риска, без опасного сближения. Дима вышел из поворота первым и на полкорпуса впереди. Алиса, увидев его спину, его уверенную посадку, его расслабленные плечи, поняла, что проиграла.