Через год после получения первого высшего образования в жизни Алисы появился Лев. Они встретились на конференции по кибербезопасности, на которой он выступал с докладом о системных угрозах для критической инфраструктуры. Его речь была сухой, точной, лишённой эмоций, но в ней чувствовалась такая глубина понимания, такая всепоглощающая интеллектуальная мощь, что обычно скептично настроенная Алиса слушала, затаив дыхание. Несмотря на свой восторг, Соколова подошла ко Льву после выступления и сказала, что он не учёл человеческий фактор как константу иррациональности. Орлов посмотрел на собеседника тогда не как на девушку, а как на интересную аномалию в своих расчётах, ответив, что человеческий фактор — это переменная с высоким коэффициентом ошибки, а её можно исключить, если всё правильно рассчитать.
Так началось их сближение. Лев видел мир как гигантскую сложную систему, и он умел с ней работать. Рядом с ним Алиса чувствовала себя на равных. Она была не «девчонкой», а коллегой, партнёром по интеллектуальному дуэту. Он был для неё тем, с кем можно было до трёх ночи спорить о квантовых алгоритмах шифрования, а потом, не переводя дыхания, танцевать под техно в его клубе «Молот», где он преображался. Лев-диджей был полной противоположностью Льву-технократу: раскрепощённый, улыбчивый и с безумным блеском в глазах. В эти моменты он сбрасывал ледяную маску, и Алиса видела в нём человека, который умел не только думать, но и чувствовать, сжигать себя без остатка. Это сочетание невероятного ума и дикой страсти к жизни покорило Соколову. Рядом со Львом она и сама раскрывалась, позволяла себе быть не только холодным аналитиком, но и смеющейся, танцующей, страстной девушкой.
Вот только у каждой медали есть обратная сторона. Лев любил изысканный системный контроль. Он заботился об Алисе как о ценном активе: вызывал лучших врачей при малейшей простуде, «случайно» решал мелкие бытовые проблемы, о которых Алиса и не собиралась рассказывать. Сначала это было мило, но потом обилие внимания начало давить. Любовь Орлова всё сильнее и сильнее стала походить на идеально спроектированную клетку: комфортную, безопасную, но лишающую права на ошибку, на случайность, на непредсказуемость. Их разрыв назревал целый год, и окончательной его причиной стало осознание того, что даже страсть, ссоры и примирения — часть просчитанного Львом алгоритма. Алиса сбежала из идеальной системы как из тюрьмы, а вот Лев её до конца не отпустил. Он превратился в тень, в незримого хранителя, который считал своим долгом периодически мониторить жизнь Соколовой. Это означало, что он до сих пор считал её частью своей системы, объектом, требующим защиты, и это безумно раздражало Алису.
Вибрирующий на столе телефон вырвал девушку из размышлений. Пришло сообщение от Льва: «Тобой интересовались. Будь внимательна». Алиса хмыкнула. Стоило только подумать про вездесущую удушающую опеку, и вот на тебе, новое её проявление. Девушка в спешке набрала ответ: «Знаю. И останови уже наблюдение, ты нарушаешь мои границы», затем залпом выпила остывший кофе и начала собираться на мотокросс.
«Стальная Зима» в этом году из-за лютого декабря переехала в гигантский павильон на окраине Подмосковья. Внутри царила автономная атмосфера. Воздух был тёплым, почти душным, насыщенным запахами жжёного масла, резины, пота и металла. Гул моторов, многократно усиленный стенами и сводами, был не просто шумом, а физическим давлением, вибрацией в груди. Яркий свет софитов выхватывал из полумрака клубы дыма от шин, блёстки на шлемах, напряжённые лица гонщиков на треке.
Алиса приехала на мероприятие с Максимом Иволгиным, и они заняли места возле ограждения у самого сложного участка: сектора с трамплинами. Здесь энергия била ключом. Соколова стояла, слегка прислонившись к барьеру, и не думала ни о Волкове, ни о Льве, ни о контроле. Для неё на данный момент существовал только отточенный до абсолюта танец человека и машины: разгон, взлёт, ударное приземление, визг тормозов. Макс иногда бросал короткие точные комментарии: «Слишком рано газанул», «Хорошо парирует занос», и Алиса кивала, полностью разделяя его мнение.
После финального заезда, когда объявили победителей и началась неразбериха расходившейся толпы, Соколовой захотелось американо, и она предложила Максиму зайти в соседний торговый центр. Выйдя из кофейни и держа в руках стаканы с напитками, они направились к гардеробу, и тут из-за угла вывернул мужчина. Столкновение было стремительным и жёстким. Алиса инстинктивно дёрнулась в сторону, но не удержала равновесие с полным стаканом. Крышка отлетела, и поток обжигающе горячего кофе выплеснулся мощным фонтаном прямо на грудь мужчины.