Прошло около десяти минут. Люди сновали возле Алисы туда-сюда, и вскоре к выходу подошёл Дмитрий. От него пахло мылом из диспенсера и всё тем же горьким кофе.
— Такси не едет? — коротко спросил он, глядя на открытое приложение.
— Едет, — ответила Алиса.
— А где Ваш стальной конь?
— Дома.
— А сейчас Вы куда?
— Домой, — буркнула Соколова.
— Давайте подвезу.
Алиса наконец повернула голову и посмотрела на собеседника. Его профиль казался вырезанным из камня: твёрдый подбородок, прямой нос, напряжённые скулы.
— Не нуждаюсь в услугах, — ответила девушка, возвращаясь к созерцанию парящих на улице снежинок.
В глазах Дмитрия вспыхнул тот самый огонь, который родился в первую их встречу.
— Ну да, — тихо произнёс мужчина. — Некоторые девчонки сами отлично решают свои проблемы. Вызывают такси, платят, доезжают. Всё под контролем. Как называется этот алгоритм? Алгоритм самостоятельности?
Слово «девчонки» было произнесено с вызовом и с какой-то почти злой иронией. Дима намеренно тыкал в больное место, проверяя реакцию.
— Алгоритм прост, господин Волков: не стоит полагаться на тех, кто считает извинение за свой же косяк прогрессом. Я лучше подожду такси на улице. До свидания.
Она сделала шаг к двери, но он не отступил и заблокировал путь.
— Отменяйте такси, — голос стал командным, таким, каким он разговаривал на стройке. — Едем вместе. И это не услуга, а верное логистическое решение. Или Вы боитесь остаться со мной наедине?
Последняя фраза висела в воздухе. Это была глупая детская провокация, но невероятно эффективная. Боялась ли Алиса остаться наедине с Дмитрием? Нет. Напротив, её терзало холодное аналитическое любопытство. Что он будет делать? О чём говорить? Как поведёт себя этот «волк» на своей территории, в закрытом пространстве машины?
Алиса медленно достала телефон и отменила такси.
— Ладно, пойдёмте. — сказала она, прищурив взгляд. — Но если заведёте пластинку про фей, принцев и алгоритм самостоятельности, я выйду на ходу.
Уголок его рта дёрнулся в улыбке.
— Обещаю. Будем говорить только про вентиляцию и ржавые шурупы.
Автомобиль Волкова оказался не кричащим суперкаром, а внедорожником немецкой марки, в салоне которого пахло кожей, парфюмом, а теперь ещё и въедливой нотой американо.
— Адрес какой? — спросил Дмитрий, хотя он его прекрасно знал. Алиса назвала посёлок, улицу, номер дома. Волков лишь слегка кивнул, вбивая данные в навигатор. — Знакомые места.
Первые пятнадцать минут они ехали в абсолютной тишине. Дима сосредоточенно вёл машину, Алиса смотрела в окно сначала на мелькающие промзоны, потом — на заснеженный лес. Напряжение в машине было ощутимым, но оно было не враждебным, а натянутым как тетива лука, готового выпустить стрелу. Дмитрий первым не выдержал молчания.
— Ваш друг Макс — инструктор по выживанию? Интересный круг общения.
— Интереснее, чем круг, состоящий из неэффективных работников и девушек, жаждущих внимания, — парировала Алиса, глядя в боковое стекло.
Волков фыркнул.
— Вы считаете, что знаете мой круг? Вы его изучали по семиминутным перерывам охранника?
— Это лишь индикатор. По нему можно судить о системе в целом. Если на периферии царит бардак, то в центре — иллюзия порядка.
— Вас в детстве, наверное, часто наказывали за умничанье? — вопрос прозвучал резко, почти по-хамски, но в тоне слышалось не оскорбление, а искреннее любопытство.