"Сегодня ночью будет атака," — прошептал Кособокий, чистя свой ржавый меч. "Видишь этих оборванцев у реки? Это не простые разбойники. Видишь как строятся? Это бывшие солдаты, знающие свое дело."
Зенчи, глотая комок в горле, проверял снаряжение. Его самодельный нож казался жалкой игрушкой рядом с настоящим оружием. Старый солдат заметил его волнение.
"Первое правило боя, мальчик: страх — это хорошо. Он не дает тебе совершить глупость. Но нельзя давать ему говорить."
Ночь накрыла лагерь черным покрывалом. Часовые на валу перешептывались, бросая тревожные взгляды в сторону реки. Внезапно раздался крик — один из дозорных рухнул с насыпи со стрелой в горле.
"К оружию! К оружию!"
Все смешалось в кромешном аду. Факелы взметались в воздух, ослепляя защитников. Со стороны реки хлынули темные фигуры. Зенчи, прижавшись к бревенчатому частоколу, видел как:
— Командир роты, опытный ветеран, ловко парировал первый удар, но не заметил второго нападающего...
— Молодой паренек из его деревни кричал, держась за окровавленный живот...
— Кособокий, неожиданно проворный для своего возраста, сражался спиной к спине с сержантом Торгуном...
"Не стой как истукан!" — чей-то толчок вывел его из оцепенения. Перед ним стоял высокий наемник с кривой саблей. Инстинктивно Зенчи поднял щит — удар отбросил его на землю. В ушах звенело, но он успел увидеть, как сабля заносится для нового удара...
Глава 5: Крещение.
Что произошло дальше, Зенчи вспоминал обрывками. Его рука сама потянулась за ножом. Горячая кровь брызнула ему в лицо. Наемник захрипел, хватая его за горло — они покатились по грязи, кусая, царапаясь, превратившись в двух зверей.
Когда все закончилось, он лежал на спине, глотая воздух. Наемник не двигался — самодельный нож торчал у него под ребрами. Рядом стоял Кособокий, опираясь на окровавленный меч.
"Ну вот, парень, теперь ты по-настоящему солдат."
На рассвете подсчитали потери. Из их роты в сто человек уцелело сорок три. Командир погиб, сержант Торгун получил рану в бедро. Но переправу удержали.
"Ты хорошо держался," — хрипел Торгун, когда Зенчи принес ему воду. "С завтрашнего дня будешь моим ординарцем."
Так началось его настоящее обучение военному ремеслу. Торгун оказался строгим, но справедливым учителем. Он показал Зенчи:
— Как правильно точить меч, чтобы лезвие не крошилось
— Где искать съедобные коренья во время марша
— Как отличить обычную простуду от смертельной "окопной лихорадки"
Но самое главное — он научил его читать. Вечерами у костра сержант разбирал с ним военные приказы, карты, донесения.
"Глупый солдат — мертвый солдат. А я слишком много вложил в тебя, чтобы ты помер как дурак."
Глава 6: Офицерские погоны.
Прошло пять лет. Граница успокоилась, их гарнизон перевели в столичную провинцию. Зенчи, теперь уже капрал, стоял в строю, когда прибыл королевский курьер."По указу Его Величества, за проявленную доблесть и многолетнюю верную службу..."Он не верил своим ушам. Производство в младшие лейтенанты! Торгун, теперь уже с проседью в бороде, хлопнул его по плечу:"Ну что, щенок, теперь ты нам начальник. Только смотри не зазнайся."Новые обязанности оказались сложнее, чем он думал. Вместо простого выполнения приказов теперь он должен был:— Разрешать споры между солдатами— Составлять отчеты о провианте— Участвовать в офицерских совещанияхИменно на одном из таких совещаний он впервые увидел лорда Эдрика. Высокий, ухоженный аристократ с холодными глазами рассматривал карту пограничья."Нам нужен человек для особого поручения," — сказал он, вдруг обратив взгляд на Зенчи. "Говорят, ты хорошо знаешь местность у Черного Утеса?"В тот момент он еще не знал, что это предложение изменит его жизнь навсегда...
Глава 7: Роковой приказ.
Черный Утес возвышался над долиной как гнилой зуб. Зенчи стоял перед шатром командования, перечитывая приказ в третий раз. Что-то в этом документе вызывало у него зуд между лопатками.
"Сто солдат для усмирения банды разбойников?" — пробормотал он, глядя на печать королевского канцлера. "Либо эти разбойники — переодетые лучники соседнего королевства, либо..."
"Либо кто-то сильно хочет, чтобы ты исчез," — закончил за него знакомый голос. Кособокий, теперь уже официально числившийся его денщиком, жевал солому. "Слушал я тут разговоры у костров. Говорят, лорд Эдрик держал пари, что ты не вернешься."
Зенчи сжал пергамент. Он хорошо помнил холодные глаза аристократа на том совещании. Помнил и то, как лорд "случайно" упомянул о его крестьянском происхождении перед другими офицерами.