— Ты не думал, что всё это может привести к тому, что тебя используют? Наконец спросила она.
Никита задумчиво посмотрел вдаль.
— Конечно, думал. Но в тот момент я был на распутье. Что мне было делать? Андрей знал, как ко мне подойти. Мы с ним с детства знакомы. Он предложил возможность, ему нужны были верные люди, которых он знал лично. Тогда он уже был важной фигурой, а я был никем.
Они пересекли улицу, и Ольга, не выдержав, перебила его:
— Ты стал намного больше, чем просто "никем". Ты стал частью того, что стало важным для меня... и, может быть, не только для меня.
Никита усмехнулся.
— Ты ведь тоже не из бедных. Твои родители в бизнесе крепко стояли.
Ольга слегка улыбнулась, её взгляд стал мягким.
— Да, я родилась в Москве, в семье серьёзных людей. Родители родом из Сибири, но я сама там ни разу не была — они уехали задолго до моего рождения и почти не возвращались. Мой отец был кем-то из силовых структур — то ли КГБ, то ли МВД, то ли уже ФСБ. Я так и не узнала, кем именно. Видела у него, однажды в открытом шкафчике, какие-то награды и ордена, и оружие. Оно было повсюду в доме.
Никита молча слушал, а потом вдруг взял Ольгу за руку. Она не сопротивлялась, улыбаясь ему в ответ. Затем продолжила свой рассказ.
— Позже, повзрослев, я стала догадываться, что моя семья связана с криминальным миром: подозрительные субъекты были частыми гостями у нас.
Она вздохнула.
— А что насчёт Андрея… он тоже появлялся у нас — партнёр моего отца, друг семьи. Помнил меня ещё подростком. Но я тогда не понимала, чем именно занимались взрослые, витала в облаках.
Ольга остановилась и присела на скамейку. Ник молча сел рядом, но не прижимаясь, не давя на неё, как он умел. Просто слушал, не перебивая, пытаясь понять её настроение. Она же тихо продолжила.
— Знаешь, мой отец был не из слабых, со строгим характером. Он всегда пытался всё контролировать. И я до сих пор под его контролем — он всё рассчитал заранее. Пытался меня уберечь. Но они себя не уберегли…
Ольга на секунду замолчала, окинув взглядом парк и небоскрёбы, словно пытаясь переключиться.
Её собеседник прекрасно знал о чем она говорит. Когда-то он случайно слышал, как Андрей по телефону обсуждал «старые дела» с кем-то из прошлой жизни, но Никита не стал лезть. Не его это дело. Тем более сейчас — здесь, в осеннем Нью-Йорке, среди огней и непрерывного шума — он не хотел возвращать её к тому, от чего они оба словно убегали. Он лишь взял её за руку, понимающе кивнул в знак поддержки и тихо добавил, словно сам себе под нос: Ты очень сильная, Оля. Я удивлён...
Девушка слегка кивнула:
— Родители хотели переехать в Лондон, ближе ко мне. Я тогда уже год жила в Великобритании, — продолжила Ольга. — Училась в лондонский экономической школе в рамках двойного диплома при Мгимо, затем на бизнес-курсах в Оксфорде. Но отца не отпустили на государственном уровне. Мама не могла оставить его в России, она всегда была с ним, ещё со студенческих лет…
Ольга посмотрела вдаль и глубоко вздохнула.
— А Андрей? — продолжила она, словно увидев в глазах Никиты немой вопрос. — Когда случилась трагедия, он меня защитил. Он был рядом, хотя мы были на разных континентах. Я тогда тоже оказалась на распутье…
Она прервала свой монолог, доставая тонкие «Vogue», и они молчали около минуты.
— Позже, мы объединили капиталы, как и свою жизнь. Она чуть улыбнулась:
— Я была с ним ещё в юности.. Он стал тем, кем стал. И не только я его боюсь.
— Ты очень сильная, и умная, это правда. Но его боишься? — Никита бросил проникновенный взгляд на неё.
Ольга в ответ посмотрела на него с легкой ухмылкой на лице.
— У меня было много страхов. Он научил меня многому. Но, знаешь, сейчас именно с тобой я чувствую себя... как будто ничего больше не боюсь.
Никита посмотрел на неё, понимая, что её слова несут гораздо больше, чем она говорит. В них было некое двойное дно, что-то очень ценное для неё. Он улыбнулся.
Затем они встали и продолжили свою прогулку.
— Может быть, потому что я не унижаю людей, — заметил молодой человек. — Он — да. Он такой. Впрочем, я не лучше, — он вспомнил о военных действиях и тех, кого убирал «для бизнеса», и в его голове словно прострелило. Он остановился, в глазах помутнело, но через некоторое время отпустило.
— Что-то случилось? — заволновалась Ольга.
— Всё в порядке, — ответил Никита и опустил взгляд.
Они остановились на небольшом мосту с видом на Манхэттен. Ольга ощущала, как все тревоги растворяются в вечерней тишине, наполненной звуками города.
— Я не знаю, как ты это делаешь, но, наверное, в тебе есть что-то, чего нет в остальных, — Ольга положила голову ему на плечо.