Или все же…
Рене вспомнила, как Отто умеет выбрасывать из головы все прочие вопросы, едва оказываясь на трассе. Ей казалось, что сейчас, когда она рассекает по черным трассам, она становится ближе к нему, может быть, становится чуть-чуть ближе к пониманию того, что он за человек и почему он именно такой. И почему она так сильно его любит, а он ее — нет. Хотя… именно это объяснить она не могла. Как может человек не любить кого-то, кто обожает его? Разве можно не отвечать на такую любовь?
Раньше она каталась неплохо, но как-то слишком осторожно, что ли. Вполсилы, аккуратненько, боясь разогнаться и упасть. Но за эти почти три недели она научилась не бояться сбалансированного риска — и сегодня рисковала вовсю, и ей все удавалось. Она просто летала, так, что Ева, которая на лыжах стояла всю жизнь и даже участвовала в каких-то местных соревнованиях, не могла ее догнать. Несколько раз Рене оказывалась не в состоянии справиться со своими лыжами — ее полуэкспертные «атомики» не прощали ошибок, хотя и были намного мягче, чем профессиональные, экспертные «Россиньолы» Отто. Несколько падений, но все достаточно мягкие, без травм. Отто говорил «Если ты катаешься без падений — ты не прогрессируешь. Кто учится, не может никогда не падать».
Они катались до двух часов дня, устали и проголодались как звери. По договоренности с Сабриной и Ивонн, они вернулись на станцию той шестиместной канатки, на которой поднимались утром, и, громыхая по дощатому полу тяжелыми горнолыжными ботинками, прошли в деревянный затейливо украшенный домик, в котором находился ресторан, нагрузили подносы едой и вышли на открытую террасу, с которой открывался изумительный горный вид. Сабрина и Ивонн ждали их — даже успели поесть, потому что времени было уже без двадцати три, есть хотелось жутко, к тому же «попробовали бы вы сидеть тут, нюхать, смотреть и ни черта не есть при этом!» — как сказала Ивонн.
Рене и Ева с огромным удовольствием умяли каждая по огромной тарелке штоквурст[3] с картошкой фри и выпили по кружке пива. Рене совершенно забыла, как утром никак не могла осилить маленький круассан, так переживала из-за ссоры с Отто. Сейчас она на полном серьезе обдумывала возможность взять еще какой-нибудь десерт, но все же решила не брать.
Она полагала, что на этом après-ski заканчивалось, но ничего подобного. Через час они уже располагались на шезлонгах в спа-центре в каком-то фешенебельном отеле, похожем на Райндль. Рене была рада, что догадалась утром взять с собой достаточно денег. К тому же, ей пришлось прямо в этом отеле пойти в бутик и купить себе купальник для бассейна — серебристый бикини. Рене побаивалась, что ей не хватит денег, поэтому она заказала себе самый дешевый комплекс услуг, в который входило пользование бассейном, сауной, простой массаж, пилинг, маска для лица и для тела и увлажнение кожи.
— Я понимаю, чем ты его так зацепила, — сказала Сабрина, с откровенной завистью разглядывая Рене, когда та появилась в бикини перед бассейном. — Какая фигурка, правда, девочки?