Он подошел к своему номеру на третьем этаже уже почти не стукаясь об стены. Почти ровно. Не надо было пить этот «вытрезвитель», если он хочет сейчас нормально вернуться к себе. В пустой номер. Ключ с мягким щелчком отпер замок, дверь открылась. Мягкий неяркий свет автоматически включился, заливая шикарный сьют.
Волна облегчения была настолько сильной, что все еще довольно пьяный Отто даже издал какое-то тихое восклицание — Рене не ушла. Она спала, свернувшись в калачик в огромном мягком кресле. На ней было только полотенце.
Он мог быть как угодно пьян, но знал, что не уронит ее. Он аккуратно поднял ее на руки. Полотенце упало.
— Отто? — прошептала она сквозь сон.
— Да, малыш. — Он нежно переложил ее в постель, накрыл одеялом. Он должен был бы извиниться, но он не мог это сделать. Он не умел. Он не знал, как. И потом… извинение точно вывело бы как-то всю проблему на новый уровень. Поэтому он молча пошел в душ, надеясь, что сможет не провалиться сразу в пьяный сон и будет в состоянии что-нибудь с ней сделать.
Но ничего из этого не вышло. Он хотел ее разбудить, но ее лицо во сне выглядело таким усталым, таким бесконечно несчастным. Он просто пожалел ее.
[1] Напиток из пива и лимонада в пропорции 1:1
[2] «Drei Füchse» (нем.) — «Три лисы»
[3] Grüß Gott — приветствие, характерное для баварского диалекта немецкого языка
[4] На баварском диалекте — Oans, zwoa, drei, g'suffa! (Раз, два, три, выпили!
[5] особая манера пения, с характерным быстрым переключением голосовых регистров, то есть с чередованием грудных и фальцетных звуков.
[6] традиционное женское платье альпийских немецкоговорящих регионов (Бавария, Тироль), состоит из белой блузки с открытыми плечами и глубоким вырезом и облегающего лифа или корсета и широкой пышной юбки с фартуком
Глава 29
Он проснулся от заказанного на 7 звонка. Рене спала рядом — она даже не пошевелилась. Вчерашний бармен обещал, что у Отто не будет тяжелого похмелья, а тот гордо заявил, что у него никогда и не бывает, но они оба ошиблись. Голова болела ужасно, во рту будто носорог нагадил, руки тряслись так, что впору было идти просеивать сухой цемент. При одной мысли о завтраке становилось дурно. Отто вытащил из сумки пакет со стратегическим набором джентльмена — помимо пяти дюжин презервативов (которые они почему-то почти не использовали) там должна была остаться парочка растворимых таблеток аспирина, а может быть, даже алка-зельтцера.
Повезло. После алка-зельтцера и ледяного душа Отто оказался в состоянии спуститься в ресторан и проглотить пару чашек двойного эспрессо. За это он расплатился бешеным сердцебиением, но головная боль почти совсем прошла. За кофе он перекинулся парой слов с Джеми Бэйтсом — номером 1 штатовской сборной. Еще его слегка приободрила легкая перепалка с Регерсом, который начал выступать насчет вчерашней пропущенной тренировки. Но Отто не вложил душу в эту перепалку, слабо огрызнулся пару раз и пошел к выходу.
Высокого темноволосого мужчину, с которым он столкнулся в дверях, он не ожидал увидеть здесь, потому что тот не нуждался в отеле — он жил в Гармише. Эйс, Оливер Айсхофер собственной персоной. Отто знал его, а вот Эйс Ромингера — нет. В прошлом году Отто только пару раз отличился на взрослых этапах, а Эйс — человек не того масштаба, чтобы снисходить до знакомства с какими-то там юниорами или узнавать их в лицо. Но на этот раз ситуация немного изменилась. Эйс внимательно посмотрел на Ромингера. Сверху вниз — он был выше. Отто со своим ростом в 185 тут же почувствовал себя почти что карликом.
— Так-так, — протянул Эйс, с интересом глядя на Отто. — Ромингер?
— Привет, Эйс.
Мужчины оценивающе осмотрели друг друга.
— Ну, не все тебе выигрывать, когда-то это кончится, — сказал Эйс.
— Надо же. Я тебе то же самое хотел сказать.
Отто был младше Эйса на 8 лет, а в отношении достижений, регалий и титулов — просто никто, но не желал принимать даже видимость подчиненного положения. Только на равных. Айсхофер приподнял брови:
— Смело. Ну посмотрим… Ромми.
— Посмотрим, Эйс.
Это было как дополнительный холодный душ. Отто было трудно запугать или заставить нервничать, чего Айсхофер, очевидно, и хотел добиться. Зато Ромингер совсем взбодрился и поднялся к себе в номер уже вполне готовым к тренировке.
Рене еще спала, и в любом случае, ему было уже некогда приставать к ней. Пусть спит. Он быстро натянул на себя стартовый комбинезон Descente — спортсмены выходили на официальную тренировку в комбинезонах сборной, в тех же или таких же, в каких послезавтра выйдут на старт в самой гонке. Хвост низко на шее, теплая вязаная шапка с логотипом Каррера. Подшлемник и шлем — высокотехнологичное чудо от Дорелль — с собой. Очки Каррера. Обе эти фирмы подписали с Отто соглашение о дополнительных призовых. Если он победит послезавтра — сразу поднимется почти на полмиллиона франков. Перчатки Ройш (пока соглашение не подписано!), теплая куртка — сегодня еще похолодало, термометр показывал -11. Быстрый взгляд в сторону кровати (темные волосы, раскинувшиеся по белой спине, рука на той стороне постели, где спал он) и Отто вышел из номера — времени оставалось совсем мало, а опаздывать он всю жизнь терпеть не мог.