Вернер подумал и осторожно сказал:
— Это какая-то группа. Поют или…
— Ты меня с ума сведешь! «Поют или»! Между тем, на дворе 1965 год!
— Ну и? — нимало не смутившись, спросил Вернер. — Ты вон в банке уже лет 6 работаешь, а все еще не знаешь, что для оформления форфейтинга еще и аккредитивы нужны.
— Короче, так, — Дав с присущей ему абсолютной бесцеремонностью уселся на Вернеров стол. — Они, понимаешь, сегодня дают концерт в Монтре. А потом будет прием. Помимо всего прочего, мы с тобой оба там обязаны быть. Босс распорядился.
— Кто? — не сразу понял Вернер. Он привык быть царем и богом в своем отделе и периодически забывал о наличии в банке еще и такой фигуры, как председатель совета директоров, Лоренц Ромингер.
— Твой папа, мать твою, — припечатал Дав.
— А на кой ему надо, чтобы мы там были?
— На всякий случай, банк — спонсор всей этой богадельни.
— Концерта?
— Нет, борделя, — саркастически сказал Дав. — Короче, концерт начнется в 8 часов. Потом будет пьянка в честь этих самых «Битлз», в отеле «Савойя». И таки я тебе скажу, если я хоть чуть-чуть разбираюсь в жизни, там будет много симпатичных шикс.
— Кого?
— Девочек, с которыми можно поразвлечься. Они все по этим «Битлз» просто сохнут.
Они приехали в Монтре, заняли свои места в ложе для почетных гостей, которая, к слову сказать, была где-то сверху, над прижатой вплотную к сцене безумной толпой. Вернер ошеломленно следил за происходящим. Было ужасно шумно, на сцене болтались какие-то четыре толстомордых парня в пиджаках без воротников и со стрижками под горшок, и пели. По мнению Вернера, слишком громко. Природа его одарила умом и красотой, но не дала и намека на музыкальный слух. Он искренне не понимал, вокруг чего тут столько шума. Музыка для него не существовала, а тексты у этих «Битлз» были просто-таки кретинские. Но что его поразило особенно, это те самые «шиксы». Молоденькие девчонки орали, рыдали, бросали на сцену трусики и еще что-то. Несколько сорвали с себя блузки и вертели ими над головой, выставляя напоказ подростковые маленькие грудки. А толстомордые будто бы и не замечали.
— Ну как? — победно спросил Дав, будто это он сам пел со сцены. — Хорошо поют, сукины дети, а?
— Слушай, а я вот все думаю, может, все-таки дадим «Кольер» ту пару миллионов?
Им приходилось орать друг другу в ухо. Дав опешил, потом захохотал:
— Ты ботаник, Ромингер. Ты ни хрена не понял.
— Не понял, — охотно подтвердил Вернер. — Они поют, ну и пусть поют себе. А девки какие-то… Незрелые. Ведут себя как идиотки.
— Наивный. Кто тебе этих малолеток подсовывает? На приеме будут фифочки посерьезнее. Ни одной из этих фанаток туда и на выстрел не подпустят.
— Это вселяет оптимизм, — буркнул Вернер и достал из портфеля документы по «Кольеру».
— Эх ты, поц, — буркнул Дав. — Приобщаешь его к культуре, а он все или о делах, или о бабах. Гой несчастный…
Как выяснилось, Дав знал о чем говорил: на приеме были девушки совсем другого толка. Никаких дешевых кофточек и бижутерии, никакого неумелого яркого макияжа и вульгарного фанатичного блеска в глазах. Вернер с бокалом вина в руке наблюдал, как зал отеля «Савойя» помаленьку наполняется серьезным народом, как раз таким, какой он привык наблюдать вокруг себя. Как выяснилось, шоу-бизнес — тоже бизнес, о чем он как-то раньше не задумывался. Многие из пришедших на прием тоже были поклонниками «Битлз», но это не мешало им обсуждать контракты со студией «Эппл», рекламные ролики с битловской звуковой дорожкой и прочее. Многие были с дамами, в основном молодыми и очень красивыми. Хорошо одетые, красиво накрашенные девушки в дорогих украшениях на свой лад старались привлечь внимание пресловутой ливерпульской четверки, но никому из них и в голову не приходило бросить им свои трусики.
— Смотри, — сказал Дав на ухо Вернеру, — Вон, видишь, у окна, в красном?
— Ну? — Вернер взглянул на потрясающую брюнетку в облегающем красном платье, почти такую же красивую как Франсин.
— Это нынешняя мисс Швейцария.
— Да? — Вернер пригляделся к ней внимательнее. — Ты с ней знаком?
— Нет. По телевизору ее показывают довольно часто.
— Жаль. Кто бы мог нас познакомить?
— Пойди да сам познакомься. Не будь таким старомодным, — отмахнулся Дав и исчез в толпе. Вернер улыбнулся и направился к девушке.
Она стояла около окна с бокалом в руке и рассеянно слушала какого-то типа в дорогом костюме, который разглагольствовал о том, какую группу он открыл в марте в Уэльсе. По мнению Вернера, бессовестно врал. Девушка кивала и явно искала какой-нибудь путь к отступлению. Когда Вернер оказался за спиной англичанина, она встретилась с ним взглядом, и он начал действовать.