— Сходу могу назвать два места.
— Ты меня разыгрываешь!
— Ничего подобного. Спорим?
— Спорим! На что?
— На щелбан.
— Ух я тебе и всыплю! — обрадовалась Рене.
— Знаешь, как говорил мой дед? — коварно улыбнулся Отто. — Из двух спорщиков всегда один — жулик, а второй — дурак. Тебе это о чем-нибудь говорит?
— О том, что я тебе наваляю фофанов.
— Малыш, я тебе одолжу свой шлем, чтобы мой фофан не закончился для тебя сотрясением мозга. Мне лично кажется, что быть жуликом предпочтительнее, чем дураком. Неужели в твоей куче трэша ты не вычитала, что таких мест у женщины — три?
— Как это три?
— Первое ты знаешь, и оно у тебя уже никак не девственное. Второе — твой нахальный рот. Им мне определенно хотелось бы заняться. И третье — задница, которой от меня совершенно ничего не угрожает, кроме пары шлепков, — он смачно похлопал ее. — Вот так. Два неосвоенных места, где мужчина еще не побывал. Ну? Подставляй лоб.
— Мы же целуемся! — Рене покраснела от смущения, когда он перечислил три места.
— Ты что, правда не понимаешь?
— Что я не понимаю?
— Хорош придуриваться! Я не верю, что ты этого не знаешь.
— Да чего я не знаю, Отто?
— Тебе ни о чем не говорит название «оральный секс»?
— Мы орем.
— Черт подери, Рене! Теперь придумай какой-нибудь прикол насчет слова «минет».
— А-а, да, я что-то читала, только думала, что это извращение.
Он с хохотом повалился на кровать:
— Черт, да, извращение. И еще какое! Им занимается процентов 99 пар на свете.
— Тебе это нравится? — с любопытством спросила она.
— Найди хотя бы одного мужика, которому бы это не нравилось.
Она проворчала:
— Можно подумать, я кого-то знаю, кроме тебя.
— Кого-то знаешь, — неохотно заметил он. — У тебя ведь кто-то был до меня.
— Можно подумать, тебе есть до этого дело! — Рене исподлобья посмотрела на него.
— Прости. Конечно, я не имею права тебя спрашивать.
— Имеешь, — она уткнулась в его шею. — Отто, я бы все отдала за то, чтобы никого до тебя не было.
— Рене, я вовсе не собираюсь…
— Меня изнасиловали, — сказала она, ужасаясь сама своим словам. — Больше никого не было. Ты — первый и единственный мужчина, которому я дала добровольно, потому что хотела этого.
— Прости, — пробормотал он, обнимая ее.
— Я не хочу об этом говорить. Если хочешь, ставь свой щелбан.
— И поставлю.
— И ставь.
Он отвесил ей легкий, совершенно неощутимый щелчок по носу:
— И поставил.
— А третье место — это зачем?
— Ну есть и все. Это не всем нравится и не все это делают. Я, к примеру, нет.
— Значит, ты тоже в каком-то смысле девственник? — развеселилась она.
— Ну да, так и есть. И таковым собираюсь оставаться всю жизнь.
— А во сколько лет ты потерял невинность? — с интересом просила Рене. Он приподнял ее лицо и чмокнул в нос:
— Какая же ты любопытная!
— Ну скажи. Пожалуйста. Сколько тебе было?
— Не скажу. Ты придешь в ужас и убежишь, а я еще с тобой не проделал и половины запланированного.
— Никуда я не убегу. Ну, сколько?
— Двадцать один с половиной.
— Врешь!
— Восемь.
— Иди к черту!
— Двенадцать, — Это как раз и была чистая правда, но она не поверила:
— Не смешно!
— Ни хрена не смешно, — согласился он, старательно сдерживая смех. — Когда она тебя на голову выше и все равно пищит «ой, какой ты большой мальчик!», тут не до смеха.
— Тебе было шестнадцать, — заключила Рене. — Ну в крайнем случае пятнадцать. Раньше не бывает. — видать, авторы трэша понятия не имели о том, во сколько лет мальчик может заняться сексом.
— Угу. — Он обнял ее и перекатился вместе с ней так, что она оказалась лежащей на нем сверху. — Поехали поужинаем. Тебя обязательно надо подкормить, а то ты вон совсем тощая.
— А мы не можем заказать ужин сюда?
— Мы поедем в город, — сказал Отто. — Ну давай, Рене, вылезай!
— Хорошо, — Она встала с постели и подошла к большому зеркалу в полный рост. С интересом оглядела себя, повертелась, изогнувшись в талии (Отто тоже любовался с довольной улыбкой). Рене задумчиво сказала:
— Очень хочу пирсинг. Как ты считаешь, Отто, мне пойдет пирсинг?
— Черт, нет. Ты будешь похожа на мою сестру. — Вот это вырвалось так вырвалось. Сразу столько деталей личного характера, черт подери. Он немного расслабился после разговора о потере девственности — пока она тянула, он выкручивался, а как только перестала тянуть — прямо так забылся и выложил как на духу всю мега-секретную информацию — что у него есть сестра и у сестры есть пирсинг. И Рене, разумеется, не пропустила этот его промах: