Второй, куда более неприятный сюрприз, поджидал в комнате. На первый взгляд казалось, будто многострадальный матрац просто передвинут к стене, однако обрывки обивки и поролона по углам говорили сами за себя.
Догадавшись, что скрыть преступление не получилось, Буян жалобно заскулил. Но Олег не злился. Сказывалось эмоциональное и физическое истощение, ещё на одну порцию негодования просто не оставалось сил. Вытащив матрац в центр комнаты, он осмотрел прогрызенный угол и устало сел на него. Щенок, с полным раскаяния видом, осторожно подошёл к хозяину.
Не оставалось мыслей, не оставалось эмоций. Даже любовь угасла. Точнее, в институте Олег осознал, что находиться рядом с Катей больше не может. На фоне этого меркли все остальные невзгоды. Он сломался. Хотелось просто открыть окно и шагнуть в пустоту.
Опустив голову на колени хозяину, Буян тихо заскулил. Немого посидев в прострации, Олег наклонился и обнял пса. Из глаз сами собой потекли слёзы. Щенок, разделяя настроение хозяина, тихо поскуливал.
Так они просидели достаточно долго. Понемногу становилось легче. Олег чувствовал, что есть ещё в этом мире тот, кому он по-настоящему нужен. Тот, кого не может просто оставить одного.
– Пойдём поедим. – Грустно произнёс Олег и улыбнулся. – Ты ведь проголодался?
Буян активно завилял хвостом, не то соглашаясь, не то просто радуясь улучшившемуся настроению хозяина, и они вместе отправились к холодильнику. Разложив еду на два тазика, Олег, плюнув на всё, обернулся волком. От этого почему-то сразу полегчало. Даже возникла шальная мысль взять Буяна, уехать куда-нибудь в глушь и там вдвоём жить, как обычные бродячие псы или волки. Разорять помойки, охотиться на крыс… Ведь в городе как будто ничто больше не держало. Только родителей было немного жалко. Но может лучше так, чем если узнают, во что превратился сын?
Наевшись, Олег вернулся в комнату и взобравшись на матрац, быстро уснул. Буян, немного походив вокруг, пристроился рядом.
Глава 21 Собачье счастье
Рано утром зазвонил будильник. Олег не хотел вставать, не хотел идти в институт. Вообще ничего не хотел. Кое-как вырубив лапой надоедливое устройство попытался вновь уснуть, но ничего не вышло. Он просто лежал, не зная, что делать дальше. Конечно, продолжаться вечно это не могло. В конце концов, Олег понемногу начал думать, и первым всплывшим в голове словом, стало – «КоТОПЁС». Каким бы подозрительным или раздражающим ни был этот неизвестный, называвший себя оборотнем, он мог дать важные ответы. В том числе на вопрос, возможно ли избавится от проклятия. Не воспользоваться этим шансом просто глупо.
Поборов лень, Олег встал, сладко по-собачьи потянулся, попробовал потыкать лапами в кнопки ноутбука и, убедившись, что это по-прежнему ничем хорошим кончится не может, нехотя поплёлся готовиться к превращению, по пути глянув в зеркало. Выглядел он относительно неплохо. Не таким худым, как раньше, да и залысин как будто стало меньше, но полностью избавиться от них без помощи специальных пищевых добавок вряд ли представлялось возможным.
Окончив приготовления, Олег забрался в специально купленный для такого случая огромный мусорный пакет, чтобы не собирать потом шерсть по всей квартире. Закрыл глаза, представил себя человеком и… Ничего не произошло.
Вторая попытка также окончилась провалом, а за ней третья, четвёртая… Олег перепробовал всё разумные, а затем неразумные, пришедшие в голову способы. Никакого эффекта. Но самое жуткое: ему было в общем-то плевать. Разумом понимал, что дело дрянь, а вот эмоции придерживались мнения: «И так сойдёт».
Желание искать выход постепенно полностью угасло. Выбравшись из жаркого пакета, Олег вновь завалился на матрац. Буян, поддавшись унынию, тихо поскуливая лежал рядом.
Пребывание в глубокой депрессии прервал звонок, да не телефонный, а в дверь.
«Мама. У неё есть ключи. Сама откроет».
Пару секунд Олег лежал не реагируя, но затем, вспомнив, как сейчас выглядит, вскочил словно ошпаренный и промчавшись в прихожую, прильнул к глазку.
– Слышу, слышу. – Донёсся знакомый голос.
За дверью стояла Катя. Олег с облегчением выдохнул, но тут она, словно издеваясь, вытащила из кармана связку ключей и потрясла ею перед глазком.