— Ну, что там?
— Хуже, чем я думал, но не критично, прорвемся, — я рассказал Вере, что и сколько я увидел и как наткнулся на них.
— Да не обращай ты внимания, пусть смотрят. Знаешь, как в музее: смотреть — можно, трогать — нельзя. Мы для этого созданы, чтобы на нас смотрели и любовались.
— Вы что, музейные экспонаты? — улыбнулся я.
— Да, и не вы, а мы. Ты в том числе, — засмеялась она. — Да, кстати, ты ничем не хуже той бабы на «мерседесе». Такая же высокая, стройная, длинноногая, а на лицо еще красивее той выдры.
— Вера, мы — это мы. У нас все должно быть идеально: и лицо, и фигура. За нас платят деньги. Вот я, допустим, миллион баксов стоила, да и ты, наверное, не меньше. Мы секс-рабынями должны были стать, игрушками. Там даже делали игрушки под заказ, хочу Мадонну, на бабки, хочу, чтобы у меня была игрушка Сандры, хочу, чтобы мне минет делала Анжелина Джоли в восемнадцать лет — вот миллион вам. Так что, Вера, что сравнивать. Мы с тобой штучный товар, сделаны под заказ. Ладно я, у меня все хоть копия одной женщины, не знаю про остальное, но лицо — точно. А вот ты — копия многих женщин, уши одной, глаза другой, рот третьей, губы четвертой, прям Франкенштейн какой-то, только очень красивый! — мы засмеялись.
— Да, Алин, ты права. Даже если у оригинала, у той же настоящей Джоли или у любой из них, есть дефект, то у копии его уже не будет.
— Мне кажется, если бы кто-то захотел видеть у себя игрушку Сталлоне или Шварца, с сиськами, то девкам прилепили бы и их фэйсы.
— Нет. Насколько я знаю, они подбирали конкретного человека под конкретного персонажа. Вот тебя везли уже под конкретную личность. У вас, верней, у настоящей Алины, черты лица схожи с оригиналом. Были там и парни. При тебе были двое. Не заметил, что ли?
— Один я, да?
— Нет, ты был уже настоящей девушкой.
— Да что я там мог видеть, только сиськи и киски, еще тебя. Зашла такая деловая, надменная. «Будете делать, что я вам скажу». Ага, сейчас! — мы засмеялись.
— Я почти сразу поняла, что ты там по ошибке. Мне знаешь, как было тебя жалко.
— Оп-па, сейчас поедем, — я взял бинокль. — Да, он уезжает.
Отложив бинокль, я завел двигатель. Когда «мерседес» проехал мимо, я тоже выехал и встал у бордюра. Через минуту со двора выехал «гелек», еще через пару минут — «крузер». Сканер прохрипел:
— Все чисто.
Я тронулся за «крузером».
— Ну что, Гриша, проверили, что за тачка нас вела?
— Да случайная.
— Парни говорят, что он хорошо прятался за машины. По всему было видно, что ведут.
— Но потом же отвалил, больше нигде не всплыл. Случайность.
— Ох, Гриша, не верю я в такие случайности: утром — девки, в обед — машина непонятная. Ты вот что, возьми с камер их фото, пробей мне их, найди. Узнай, кто такие, чем дышат. Весь день покоя мне не дают. Да еще эта машина. Почему номера не засветили?
— Парни говорят: далеко было, а потом они резко ушли вправо, не успели.
— А вторую машину почему не отправили выяснить?
— Не подумали. Да это случайная машина.
— Случайная — не случайная, но будьте внимательней и таких оплошностей чтобы больше не было. Узнай, как дела на хвосте.
Гриша связался по рации, услышал ответ, что все в порядке, и отключился.
— Все в порядке.
— Сам слышал. Короче, найди мне этих девок. И вот еще что, свяжись с «третьим», пусть отваливает.
— Понял, — он опять взял рацию. — «Третий», отваливай. Как понял?
— Понял тебя, «первый», отваливаю.
— Надо же, какие деловые! Отваливай! Отваливаю! Ну что же, отваливай, а мы пойдем прямо.
Вскоре «лендкрузер» ушел вправо, а мы ускорились, и вот я уже вижу «гелика».
— Да, Вер, с одной машиной нам тяжело будет. Нужно маяк вешать, Андрюха подогнал кое-что.
— Кому вешать?
— «Мерину».
— Вопрос: как это сделать?
— Хороший вопрос.
Тут опять сработал сканер:
— «Первый», «третий» вышел на исходную.
— Понял, все в порядке?
— Пока да, буду догонять второго.
— Ух ты блядь! Президент позавидует их изобретательности.
— Они что, сзади?
— Да, уходить надо, — я увидел круговое движение, поехал по нему и ушел в сторону от «гелика».
— Смотри, что придумали, подстраховываются, — я остановился на стоянке и почесал затылок. — Играл, но не выиграл. — Я задумался. — Короче, утро вечера мудреней, сейчас копнем инет. Может, что интересного он нам скажет про эту фирму и хозяина.
Да, мы тогда еще не знали, что и на нас началась охота. Первое мое впечатление оказалось ложным. У него все намного сложней и грамотней. А вот чего он так боится? И где у него слабое место? Знать бы, где его домик? Нет, я тебя достану, теперь уже дело принципа.