— Аим, мне всё-таки кажется, что с тобой что-то не так. Ты сам не свой после встречи с этой балериной.
— Ты просто эмпат, Мерик, — с сарказмом сказал Аим.
Америка удрученно посмотрела на Лероя, но трогать его не стала. Она просто вернулась на место, сев и тоже взявшись за свои бумаги. Вряд ли Лерой вдруг так просто откроется и выложит ей все. Он никогда не обсуждал с ней личное, и, порой даже казалось, что этого личного у него нет. Аим так много работал, что за все время Америка ни разу не слышала о какой-нибудь его девушке. Ей даже иногда думалось (совсем иногда), что Аим гей. Но появилась эта балерина, и все встало на свои места.
Видимо, его просто ничего не цепляло достаточно, чтобы отвлечь от работы.
Но сейчас его голову заняли другие мысли.
Это была чертовщина. И он чувствовал себя разъярённым и одновременно беспомощным.
Анна-Мария ему врет. Она точно ему врет. На том приёме Маэль Сантана, человек, о котором Аим уже навёл справки, обнимал её. Сжимал её талию, проводил руками по бёдрам. Так, как смотрел на неё он, на просто коллег не смотрят. Да и какой он ей коллега? Аим уже знал, что Маэль специалист по ценным вещам. К балету он не имел и толики отношения. Какого черта она пытается придумать? Но это было меньшее, от чего у Лероя вскипала кровь.
Ведь он знал, что между ними что-то было. Он видел, как Сантана уводил Анрию куда-то. А потом они вернулись лишь спустя полчаса. У Валевской не было помады на губах, она оказалась стертой.
Эта картина в секунду сделала из Аима зверя. Он тогда вылетел прочь из зала, став крушить все, что видит, мечтая убить Маэля, и прибить на месте Рию. Она тогда дала ему понять, что не станет отчитываться перед ним, и никаких обязательств не имеет. И тогда Аим понял, что пытается удержать в руках журавля, которому место в небе.
Анна-Мария Валевская — сраный желанный журавль, которому Аим не в праве указывать, но которого он чертовски хотел.
И это было абсолютно неправильно, потому что он её подозревал. Ему казалось, что она как-то причастна ко всему тому, что творится с «Волками». Он знал, что она вряд ли имеет к ним дело, ведь она не могла в одну минуту сидеть с ним в ресторане, а в другую минуту уже оказаться в здании акционерного общества. Но гребанное чутьё не оставляло Аима, и он все время представлял Валевскую на месте той девушки, которая стреляла в него. Словно она целится в него, словно её яркие звериные голубые глаза смотрят на него, щурятся, и она нажимает на курок. Словно это из-за неё его плечо вспыхнуло раскалённой болью, и словно это она вздрогнула, когда сделала это.
Слишком много было несостыковок. Сначала она оказывается в заложниках, потом, при допросе, каждый из труппы сетует о том, что Рия — невообразимая жестокая ведьма, дорогу которой переходить себе дороже. А ему, Аиму, она улыбается, утыкается в его плечо, и кажется волшебной. Такой образ не вяжется с ребёнком, который страдал вспышками агрессии и изводил одноклассниц. Потом, при ограблении ювелирного магазина, Анна-Мария снова оказывается там. Чудеса! И потом же, когда обчистили хранилища на приёме перед аукционом, выясняется, что там танцует Валевская. Все ниточки как будто нарочно вели к ней. Или ему только кажется? Ведь все происходит там, где больше всего денег, шума, роскоши. А Анна-Мария — девушка из высшего общества, и появляется там просто из-за того, что вертится в этих кругах?
Смотря её танец, Лерой, кажется, забыл самого себя. Но шестое чувство, а на деле интеллект, верещало ему в уши: «Очнись и одумайся, здесь что-то не так!».
Да, две вещи здесь неправильные, выходящие из рамок.
Во-первых, с Валевской связаны какие-то чёрные дела. Может, она не участница «Волков». Но он готов поклясться, что косвенное отношение к ним она точно имеет.
Во-вторых, он, черт возьми, влюбился в неё.
***
Заскакивая в их студию, Рия растерянно обнаружила, что там почти никого нет. На диване лишь лениво развалился Кристиан, но ни Маэля, ни Кайле, ни Найлима не оказалось. Лишь этот паренёк с пустыми глазами и тёмными кругами под ними, играющий в старую приставку psp.
— Где все? — спросила Рия, бросая сумку на стол и усаживаясь за стол «короля Артура».
— В пути, — лениво пробормотал Кристиан, не отрываясь от игры.
Валевская злобно подумала в мыслях, что Маэль торопил ее, как черт, а сам ещё не явился. Но это принесло ей некоторое облегчение. Хотя бы потому, что она не готова была к встрече с ним. Она не знала, как ей объяснить поцелуи, которые были на пристани. В тот момент она, разочарованная в Аиме, и при этом оказавшаяся в тёплых руках Маэля, просто забылась и пошла по течению. Он мягко взял её за подбородок, склонился к ней, имя приятный аромат парфюма, и Рия закрыла глаза, стараясь выкинуть все из головы и не делить происходящее на «правильное» и «неправильное». И тогда Маэльен коснулся губами её губ, начав долгий, горячий и влажный поцелуй между ними. Возможно, долгожданный. Тогда она действительно забыла все, что её беспокоило. Но это было на несколько минут. Потом она поняла, что только усугубила свои проблемы.