Его натолкнул на эту мысль Маэль, странный человек со странными слухами о нем, которые, по чужим словам, копается в антикварном барахле.
Аим заметил ее — широко шагающую через дорогу блондинку, чьи локоны огибали точеное лицо и узкие плечи, ниспадая на свободную куртку. Ее небольшую голову прикрывал шелковый платок, а наверху сидели модные темно-защитные очки. К чему ей такие очки в серую бессолнечную осень — неизвестно, но, честно говоря, Аим вообще не считал, что эта особа обладает достаточным количеством логики. Желтые глаза остановились на нем, цепко ухватившись на него, и девушка направилась прямо к Лерою.
— Мадмуазель Монтескьё, — поприветствовал Аим. — Спасибо, что откликнулись на мое приглашение.
— Можно подумать, что я имею право отказать вам, — ехидно ответила Софи.
— Правильно, не имеете, — кивнул он. — Прошу, входите.
Аим открыл ей дверь бистро, и они оба зашли внутрь.
***
Орудуя вилкой в зеленых листьях рукколы и салата, Софи равнодушно пожала плечами:
— Да я и не видела, как они оказались внутри тогда. Мы все не видели. Мы поняли, что они здесь, только когда тот тип вывел Звезданутую из туалета, приставив к ее кочерыжке дуло пистолета.
Лерой едва вслушивался в детали ее рассказа, потому что знал, что сейчас Софи ничего нового не скажет. Каждую песчинку информации о вечере той премьеры он уже собрал, и сто раз продублировал это в отчетах. Балерину он пригласил не для того, чтобы вновь вернуться к тому вечеру. Он лишь разогревал ее перед главной темой разговора. Его сейчас куда больше забавляла явная неприязнь Софи к Анне-Марии, которая не упускала возможность оскорбить свою коллегу. В тот момент, когда официально Валевская носит прозвище Звезда, Астра, Софи с явным удовольствием коверкает и это. Притом, она не придумала это только что; она так обыденно произнесла это, словно вся труппа за глаза ее так называет между собой.
— Интересно, почему именно Анна-Мария оказалась в тот момент там? — ненавязчиво спросил Аим. — Вы таким вопросом не задавались?
— А чего мне бы им задаваться? — искренне и недоумевающе спросила Софи. — У меня есть заботы и поважнее Валевской, которая попадает во все задницы.
Она хотела было засунуть вилку с зеленью в рот, но остановилась, косо и с сомнением глянув на капитана.
— Чего вы сами у нее не спросите? Вы же это, вроде как, вместе. Или были вместе.
— У вас явно избыток информации на тему наших отношений, не так ли?
— Да ну, — расслабленно махнула рукой Монтескьё. — Об этом вся труппа болтает, я же не глухая, чтобы быть единственной, кто не в курсе.
Аим отвел взгляд, слегка обреченно приняв мысль, что о нем шепчется вся балетная элита, если их так можно назвать. Забавно, что он, ненавидящий слухи и сплетни, и предпочитающий находится в тени, вдруг оказался в центре обсуждений кучки танцоров, которым голову занять нечем. Тяжело вздохнув, Лерой откинулся на кресло, и в упор начал разглядывать Софи.
— И что же они болтают, если не секрет?
— Секрет, конечно, — деловым тоном сказала Софи. — Поэтому об этом и говорят все. Будь то не секрет, было бы неинтересно абсолютно.
Насмешливо вскинув брови, Аим покачал головой. Взрослые дети, называется.
— Говорят, что вы были вместе, — заговорила она. — Говорят, что это произошло после вашего допроса. Я слышала, что после пощечины вы нашли ее, чтобы допросить, но все закончилось как в фильмах для взрослых. Вам, похоже, понравилось, и вы начали встречаться.
Едва не поперхнувшись своим чаем, Лерой удивленно посмотрел на Софи.
— Так говорят?..
— Так не говорят, это принимают как факт. С чего бы вам терпеть отвратительный характер Звезданутой? Только если она хорошо трахается. Учитывая, как сильно ее любят спонсоры, эти грязные старики с такими же грязными мыслями, то они не понаслышке знают об этом.
Это было очень смешно, ведь Лерой ее и пальцем не тронул.
— Все решается не только такими методами, — возразил он.
— Так вы не спали? — ехидно спросила Монтескьё. — А я знала! Я знала, что эта пресная селедка фригидная. Такой злой можно быть только от недостатка...
— Довольно об этом, — перебил ее Аим. — И довольно о слухах. Лучше расскажите мне, какие у нее отношения с коллективом. Как ее принимают в труппе?
Вопрос уже казался глупым, учитывая, что он только что узнал. Половина труппы думает, что Анрия пресная озлобленная асексуалка, а вторая половина уверена, что она еще и проститутка. Что за дивная команда!