— Собственной персоной, — полным яда голосом выплюнула Валевская.
— Что за хрень? — не унимался Най. — Она — и есть тот спасительный вариант, та ловкая и неуловимая актриса, которая нам нужна?
Малахитовые глаза Ная засверкали от злости и негодования. Любой другой отвёл бы взгляд от таких полных ненависти зениц, но Валевская привыкла к презрению в свой адрес. Она лишь хладнокровно ухмыльнулась, вздёрнув подбородок, и гордо произнесла:
— А вы трое и есть те щенки, которые обоссытесь без моей помощи?
Светловолосый, русоволосый и тот с черно-белыми удивленно переглянулись снова, явно опешив. На любое проявление неуважения Валевская привыкла отвечать такой агрессией, чтобы потом при её виде все дрожали. Маэль за спиной Анны-Марии громко рассмеялся, похлопав ее по плечам, и направился к круглому столу, где покоился славный сингапурский бренди. Маэль налил себе в стакан, и, облокотившись бедром о стол, спокойно сказал:
— Она работает с нами. Без возражений.
— А если она... — заикнулся Най.
— Если что-то пойдёт не так, — перебил Маэль. — Я ее убью.
Он посмотрел в глаза Анне-Марии с абсолютными честностью и серьёзностью. Она ответила ему тем же.
— Знакомьтесь, — вздохнул Маэль, и глотнул бренди. — Пока без фамилий. Их ты узнаешь после твоей первой операции.
Без колебаний, первым встал парень с торчащими русыми волосами, пряди которых он убрал с лица заколками. Спокойные чёрные глаза уставились на Валевскую. Он был худеньким и небольшого роста, с тонкими и изящными конечностями. Походил на подростка, максимум — студента.
— Кристиан, координатор.
Следом ей кивнул тот, с черно-белыми волосами и глубокими карими глазами. С бледноватой кожей и стройным телосложением.
— Кайле, — сказал он с британским акцентом и приятным голосом. — Мастер по оборудованию.
Последний, нехотя и с недовольством, смахнув с лица светлые пряди и поправив одежду, сказал:
— Най. Заместитель и программист.
Валевская уставила руки в бока и безропотно ответила:
— Анна-Мария. Бале... Бывшая балерина.
— Анна-Мария? — вскинул брови Кристиан, у которого внешность была похожа все же больше на подростковую. — Твой отец священник?
— Она русская по происхождению, — улыбнулся Маэль. — Княгиня Валевская, — с напускной важностью задразнился он.
Валевской эти шутки не нравились. Она никого не боялась тут, но ощущала себя не в своей тарелке. Во-первых, это были чужие люди, да ещё и преступники. Во-вторых, ей требовалось чувство уважения и признания, а над ней пока лишь только смеялись. Фыркнув, она сделала несколько шагов в центр студии, уставив руки в бока, и заявила:
— Долго играться будете? Вы объясните, что к чему, или вам надрать задницы и уйти?
Маэль улыбнулся только шире, молча наблюдая за ситуацией, а Кай, парень с двуцветными волосами, засмеялся.
— А что? Попробуй, — он с вызовом посмотрел на Анну-Марию. — Чтобы работать с нами, тебе нужно уметь драться. Уложишь хотя бы одного из нас?
Анна-Мария сощурилась.
— Тебя? — спокойно сказала она.
Кайле довольно улыбнулся, и, встав ровно, скинул с плеч куртку. Он остался в одной чёрной футболке, проникновенно осматривая девушку карими глазами. Неспешно подошёл к центру студии и встал напротив Валевской. По нему было видно, что он воспринимает все как игру, и ему просто весело.
— Посмотрим, насколько хороши бывшие балерины в деле.
Анна-Мария сняла с тёмных волос шляпу, закатала рукава белой шифоновой рубашки, и тяжело выдохнула. Кристиан и Маэль с интересом стали смотреть за происходящим, а Най залпом выпил бренди, и, поморщившись, тоже перевёл взгляд на Анну-Марию и Кая.
— Что толку биться с ней, — заворчал он. — Она ж девч...
Валевская резко сделала выпад вперёд, замахнувшись кулаком, и вмазала Кайле по лицу, после чего выставила колено высоко вперёд, попав парню между рёбер по солнечному сплетению. Он ахнул, согнувшись пополам и отойдя на пару шагов. Анна-Мария медленно остановилась, враждебно оглядывая парня. Он взялся за щеку, с удивлением и лёгким восхищением улыбнувшись.