— Знаю-знаю, — ухмыльнулся Кай. — Но повод и правда веский. Маэль — козлина та ещё. Но он человек душевный, и если б знал, кто она такая и как это тебя заденет, то и пальцем бы не тронул ее. Это я тебе гарантирую.
Верить Нордану очень хотелось, но Анрия не понимала его уверенности в таком безалаберном и непредсказуемом человеке, как Маэльен Сантана.
— Откуда такие гарантии? — она повернулась к Кайле, посмотрев на его профиль.
— Ты в нашей команде. А мы своих не бросаем и не подставляем.
Эти слова отозвались где-то в груди приятным теплом и каплей счастья, которую Анна-Мария попыталась растянуть на подольше. Абсолютно противоположно балету. Там чем ближе ты к успеху, тем чаще тебя бросают и подставляют. Там никто не друг тебе — загрызут сразу же, лишь только внимание потеряешь.
— Но и у него есть что тебе предьявить. Ты ведь была с Лероем в одной квартире. Пахнет предательством или плохим планом.
— Друзей держи близко к себе, а врагов ещё ближе, — ответила Валевская. — Может, я смогу из него что-нибудь вытянуть.
— Ты ещё зелёная для таких проделок. Мало опыта так ловко обманывать. Аим умнее тебя.
Спустя секунду после его слов, в голове у Анрии вспыхнула мысль, и она резко выпрямилась, посмотрев на Кайле.
— Кстати, об этом! Знаешь, Аим рассказал мне, что на месте преступления были найдены зверски избитые полицейские. Это наших рук дело, не так ли?
Кай медленно и напряжённо поджал губы, тихо вздохнув, и, припарковавшись, остановил машину. Он вырубил двигатель, отстегнулся, поправил волосы в зеркале, и потом сел в пол-оборота, серьёзно глянув чёрными глазами на Валевскую. Ее этот жест напугал, потому что значил либо что-то неладное, либо даже опасное. Она сконфузилась, пытаясь быстро представить в голове, как она убирает блок с дверцы машины, открывает ее и пулей уносится прочь. Так, на всякий случай.
Кай облизнул губы, и заговорил:
— Послушай. Перед тем, как мы взяли тебя с собой, мы проверили все сведения о тебе и какую-либо информацию. Так вот, ты такая же. Такая же как и я.
Почти ни одно предложение, сказанное им, было не понятно Анрией.
— Чего? — вскинула она брови.
— Ты меня должна понять. У тебя бывают всплески агрессии и бешенства, когда перестаёшь себя контролировать и увлекаешься чем-то.
Все ещё неясно.
— Кай! — рявкнула она.
— Моей задачей было в ту ночь обеспечить полную безопасность нам. Эти полицейские попались под руку, я их избил и вырубил. Но я потерял контроль и увлёкся. Вот и вся история.
Лёгкий шок накатил, и ноги превратились в ватные. В этот же момент ей стало неуютно, что она заперта с ним в одной машине.
— Не слишком ли жестоко настолько сильно их бить? — каким-то севшим голосом спросила Валевская.
Кайле устало засмеялся, запустив руку в волосы.
— Ты знаешь, в жизни я человек спокойный. Потому что могу выплёскивать всю агрессию в работе. Раньше я так не мог, из-за этого плохо спал и чувствовал себя. Во мне будто кто-то второй сидит, злющий, как псина голодная. А в работе я расслабляюсь и отдаю этому душу. Это ещё одна причина, почему я работаю с Маэлем и почему занимаюсь именно этим. — Кай разблокировал двери, подводя разговор к концу. — Ты не очень далеко ушла. Мы уже слышали о том, что ты запугивала одноклассниц и участвовала в драках. Поэтому тебя и увезли из Парижа, верно? И отдали в балетное училище, чтобы хоть как-то утихомирить.
Анна-Мария пожала плечами.
— Так и было. Хотя в моем возрасте было поздновато туда поступать, но способности позволили. Говори что хочешь, я этого не стыжусь. Да, я была жестокой. Но я первая не нападаю.
— Не стыдись этого, правильно, — кивнул Нордан. — Ты сильная, и это хорошо. Твоё место среди нас. Можешь бесов своих с цепи снимать вместе с нами.
Анрия посмотрела на Кайле в последний раз. Его чёрные глаза, как обычно, ничего не выражали, но в них был проблеск одобрения. Он оказался неплохим человеком, и, что самое главное, Валевская поняла причину его безропотного спокойствия. В определённые дни он выпускал своё неистовство и сходил с ума, а в остальные дни, сродни британскому аристократу, был краток и сдержан.