— Она у меня получит, если попытается снова что-то бросить, — мрачно отозвался Маэльен, вспомнив, как без раздумий и стыда Рия швырнула в него бутылку из-под вина.
— Пара поводов у неё точно имеется, — ответил Леманн. — Честно, Маэль, убери все свои испанские штучки и поговори с ней серьезно. Она так просто не простит тебя.
Тоже собираясь добраться до своей машины, Сантана, поправляя волосы, упрямо повторил:
— Извиняться мне нет нужды. Я поступил так, как должен был.
Най лишь развёл руками, зная, что его бесполезно переубеждать. Через несколько минут он уехал из их студии, собравшись по делам в свою галерею. Маэль планировал доехать до дома Анны-Марии и объясниться, ведь, вероятно, она затаила на него злобу. Точнее, это неопровержимый факт.
Но случилось иначе. В нескольких метрах от себя он вдруг заметил Валевскую, быстро перешедшую дорогу и стремительно идущую прямо к нему. Она сама пришла!
Он лишь успел улыбнуться, прежде чем Рия размахнулась и влепила ему звонкую пощёчину. Маэль дёрнулся, а потом схватился за лицо и совершенно обескураженно посмотрел на девушку.
— Сомнительное приветствие, ласточка!
Но её ничуть не смутил его предупредительный тон. Анна-Мария резво с колена дала ему в живот, а потом быстро с разворота локтем в ребра. Это произошло так быстро, что ни Маэль, ни проходящие мимо люди этого не ожидали. Кашлянув, Сантана согнулся почти пополам и спешно отступил от Валевской. Она замахнулась снова, но тут Маэльен уже вытянул руку вперёд и рявкнул:
— Уймись ты, одержимая!
Она лишь спешно выдохнула, сузив ледяные глаза.
— Какого черта, а? — спросил он, когда встал ровно, потирая ушибленные места.
— Ты подставил меня! — сквозь зубы процедила Рия. — Ты заставил меня выстрелить!
Широко раскрыв серые глаза, Маэль удивленно переспросил:
— Что? Что, прости? Заставил? Едва ли я тебя заставил, деточка! То было твоей работой, а не моей прихотью!
Не в силах сдерживать себя, Анрия метнулась к Маэлю и толкнула его в грудь, но он перехватил её запястья и дёрнул к себе. Её злые голубые глаза могли метать молнии, а растрепанные чёрные длинные волосы превращали её в какую-то бестию, похожую на ведьму.
— Мог стрелять ты, а не я! Но ты вынудил сделать это меня! Стрелять в Аима!
Одно его имя вызвало покалывание от бешенства под кожей, и Маэль сжал руки Рии настолько, что пальцы так впились в её кожу, что начало ломить кости. Он смотрел в её лицо, на котором синяки и ссадины были замазаны тональным кремом. От этого её веснушки заметно блекли.
— Как ты вообще додумалась прийти ко мне с этим?! — зарычал Маэль. — Это тебе не сопливая история любви, ясно?! Ты не можешь виться и миловаться со сраным капитаном полиции, который хочет пересадить нас всех! Ты должна была стрелять, Рия. И в грудь, в самое чертово сердце! А ты подвела, и пульнула в плечо. Нарочно.
Она сглотнула, замолчав.
— Нарочно, ведь так? — снова спросил он.
С психом выдернув руки из пальцев Маэля, Анна-Мария попыталась собраться. Этим вопросом он словно сбил с неё спесь, и немного приглушил её ярость. Она отошла на шаг назад, как-то неловко собирая волосы с плеч и пряча их за ворот рубашки. Маэль смерил её строгим и победным взглядом, а потом кивнул в сторону входа в здание их студии.
— Идём, — произнёс он. — Нечего тут околачиваться и людей пугать. Поговорим в студии.
— О чем нам говорить? — нахмурилась Рия. — Нового точно не скажешь, только хуже сделаешь.
Схватив девушку за шиворот, Сантана толкнул ее в сторону входа.
— Заткнись и иди, — раздраженно ответил Сантана. — Я у тебя согласия не спрашивал.
Анна-Мария развернулась и направилась внутрь, Маэльен последовал за ней.
***
Налив немного лемончелло, Маэль пододвинул стакан к Анне-Марии, смиренно сидевшей за столом. Себе он налил намного больше, и так же удобно устроился на стуле рядом. Его тяжёлый взгляд оказался на ней, когда она решила поднять глаза.