Из школы я обычно возвращалась с сестрой, потом весь день сидела дома или шла с ней или с мамой по магазинам. Если бы я вдруг начала отпрашиваться погулять да еще и в гордом одиночестве, родители или брат точно заподозрили бы неладное. Даже у школы я запрещала Роберту подходить из-за других старшеклассников-чеченцев. Наверное, его это дико бесило, но он держался. То и дело я «оставалась в библиотеке» «подготовить проект», и тогда, после того, как все ученики расходились, я или приходила к ним на репетицию, или, если ее не было, мы немного гуляли по закоулкам дворов или по набережной. Ну и когда Камилла виделась с Русланом, это вообще был праздник, правда, происходили такие встречи очень редко.
Роберт был очень милым и веселым парнем. В нем не было понтов наших ребят, он всегда держался просто, относился ко всем добродушно и с иронией. Он свободно оказывал мне какие-то небольшие знаки внимания — то шоколадку принесет, то какой-то смешной брелок. Ничего крупного или дорогого он ясное дело не дарил — я бы все равно не смогла принести подарок домой.
Камилла продолжала общаться с Русланом. Когда ей надо было встретиться с ним, мы говорили матери, что идем гулять. Потом она уезжала к нему на встречу, а я звонила Роберту, и мы шли куда-нибудь вместе. Я не рассказывала про него ни сестре, ни кому-либо из подруг, даже самым близким — я не доверяла никому и больше всего на свете боялась, что о наших отношениях станет известно брату и отцу, тем более что в один «прекрасный» день Зелиму стало известно о том, что Камилла встречается с парнем.
Это произошло, когда наш брат нашел, наконец, работу и не мог больше отвозить Камиллу на занятия танцами. У меня было слишком много уроков, чтобы мотаться с ней туда по три раза в неделю, и сестре доверили иногда ездить на занятия самостоятельно — в конце концов, до них было всего несколько остановок на метро, а ей к тому времени стукнуло шестнадцать.
В этот день Зелим мрачнее тучи вернулся с работы на несколько часов раньше. Он со всей дури шарахнул дверью своей комнаты, давая нам с мамой понять, что очень и очень зол. Я бросила уроки и поспешила узнать, в чем дело.
— Зелим, зачем так бить дверь? — мама уже стояла на пороге и беспокойно смотрела на сына.
Старший брат стоял у окна, сжимая и разжимая кулаки, на мамины слова он обернулся. После того как Зелим отрастил щетину, в гневе он выглядел страшнее отца. Я, естественно, сразу восприняла его недовольство на свой счет, кровь отхлынула от лица, по коже пробежал мороз. Сейчас он меня убьет…
— Твоя дочь нас опозорила! — воскликнул брат, швырнув со стола какие-то журналы и газеты.
Мама автоматически перевела взгляд на меня.
— Сегодня у нас на работе была пожарная тревога, всех отпустили, и я поехал за ней на ее долбанные танцы! — продолжал Зелим на повышенных тонах. — Приезжаю, сижу там как идиот, а потом подходит администратор и заявляет, что она сегодня вообще туда не приезжала! И пропустила еще два занятия в этом месяце!!!
В такие моменты раскрывается настоящая суть человека. Первым моим чувством было облегчение от того, что речь идет не про меня. И лишь вторым — волнение за Камиллу, которое все равно перекрывала радость за собственную сохраненную шкуру.
Мы с мамой переглянулись, и теперь в моем взгляде она могла прочитать не ужас, а тщательно вырисованное беспокойство с оттенками праведного гнева.
— Я звонил ей, она не поднимает трубку! — бесновался Зелим, меряя шагами комнату. Мягкий синтетический ковер заглушал звук, а то, я уверена, он назло топал бы как слонопотам. — Пусть только попробует сунуться, уж я ей устрою…
Мама сделала мне знак рукой, и я помчалась вызванивать Камиллу. Краем уха я слышала, как мама просит Зелима успокоиться и не пороть горячку, пока еще ничего не известно.
Мой звонок сестра приняла сразу.
— Алло?
— Кам, ты где?!
— Еду с занятий, — спокойно ответила она, и я задумалась о том, что в нас обеих умирают превосходные актрисы.
— Не ври! — строго сказала я. — Зелим приезжал за тобой, но тебя там не было. Он сейчас всю квартиру разнесет. Признавайся, где ты была?!
В трубке повисло молчание, потом Камилла со вздохом созналась:
— Да, Луиз, я не пошла на танцы. Я… Я встречалась с Русланом.
— Дурочка, зачем ты так рискуешь? Надо было мне сказать, я бы тебя прикрыла…
— Прости, — извиняющимся голосом сказала она. — Я скоро буду.