4). Дальше следуют уже хорошо обсужденные «акционерное общество» и «траст».
Ну что я, дорогие читатели, могу сказать по поводу этого «плана»? Некоторым из вас кажется, что я слишком часто употребляю слова «дебил» и «дебильный». Но как здесь без этого обойтись? Начнем с того, что дебилы не знали ни точного адреса Алекса, ни даже имени его жены, у них не было ни ее фотографии, ни малейшего представления о ее характере. «Мачо», которого предлагал Финли, был одним из его бывших клиентов, который, наливаясь пивом в баре «Золотое Руно», любил щегольнуть своими многочисленными якобы «победами» на любовном фронте точно так же, как это делал дебильный Владимир в отсутствие Валентины. «Мачо» был не столько «мачо», сколько смазливым (и к тому же потасканным смазливым), а Нэнси, больше пяти лет проработавшая барменшей (да плюс два года коммерческой разведки широкого профиля), во-первых, видела любого мужика насквозь в самом прямом смысле этого слова, а во-вторых, терпеть не могла ни «мачо», ни смазливых, ни потасканных.
Конечно, помимо всего этого, в плане были еще и другие довольно слабые звенья. Прежде всего, как Кабатчик Финли свяжется с этим «мачо», если он даже не знает номера его телефона? Финли знал только, что его зовут Курт и что он работает официантом в небольшом семейном ресторане на Третьей Западной улице. Ну, это еще куда ни шло. Можно попросить кого-нибудь из выписывающихся пациентов передать ему записку. Если отправить записку с тремя, то один из них наверняка передаст ее Курту. А вот как Старина Гаррисон наймет Курта, если у него нет денег? Единственная надежда подельников была на то, что Курт — круглый дурак и согласится принять расписку Старины Гаррисона.
Вот такие дела, друзья мои. Мораль сей басни такова: Так выпьемте же за то, чтобы хитрецы всегда получали то, что заслужили!
Глава XXXVI. Дурдом. Апогей
Надо сказать, что подельникам здорово повезло. Уже в субботу Кабатчик Финли на групповом сеансе психотерапии договорился с одним пациентом, которого должны были выписать в понедельник. И тот оказался настолько ответственным и обязательным человеком (бывают такие и среди психов), что сразу же после выписки отправился на Третью Западную улицу, разыскал Курта и передал ему записку.
Курт, которому Кабатчик Финли в своей записке сулил золотые горы, действительно оказался круглым дураком: после окончания своей смены (в понедельник и вторник он работал с семи утра до трех дня) пошел в дурдом к мужику, про которого ему было известно, что это мошенник, ограбивший кучу людей на сумму в четверть миллиона долларов, да еще и согласился работать, имея на руках расписку, что Старина Гаррисон, опять же находящийся в дурдоме, должен ему десять тысяч долларов.
Дебильный Курт был совершенно уверен в своей неотразимости для любой особы женского пола в возрасте от двенадцати и до восьмидесяти лет, хотя оснований для этого было не так уж много. Из десяти женщин, к которым он клеился, восемь отшивали его сразу, одна — после двух-трех встреч, и только с одной из десяти завязывались какие-то отношения, которые, тем не менее, никогда не продолжались дольше, чем полгода, а обычно заканчивались через три-четыре месяца. А неотразимым Курт считал себя по старой памяти: когда ему было восемнадцать-двадцать-двадцать пять лет, довольно многие бабы клевали на его смазливую физиономию. Но двадцать лет — это одно, а сорок пять — совсем другое. Смазливость превратилась в потасканную смазливость, которая отталкивает многих женщин не меньше явного уродства. Да и пивной живот, нажитый за последние пятнадцать лет, здорово подпортил фигуру нашего самопровозглашенного Казановы. В общем, только такие дураки, как Старина Гаррисон и Кабатчик Финли, да еще он сам, могли всерьез надеяться, что двадцатишестилетняя красавица и умница Нэнси польстится на это потасканное чмо, которое, к тому же, по возрасту ей в отцы годится.
Тем не менее, Курт был уверен, что стоит ему только заговорить с заказанной жертвой, и дело будет сделано. Но как с ней заговорить, если у него нет ни точного адреса, ни фотографии? За кружкой пива Курт поделился своей проблемой с одним из своих собутыльников по имени Артур, который последние два года работал частным детективом, но проштрафился, после чего его выгнали из частного детективного агентства с волчьим билетом.
Артур сказал, что в таком комплексе, как «Миллениум», живут богатые люди. А богатыми люди в основном становятся уже в немолодом возрасте. Поэтому шансов на то, что в западном крыле, кроме миссис Гаррисон, живет хотя бы еще одна молодая женщина с грудным ребенком, очень мало. А молодые мамы хотя бы раз в день выезжают с ребенком в коляске на прогулку. И обычно они гуляют не раньше десяти часов утра. Им ведь торопиться некуда.