«Мы сможем победить Волков, если будем единым целым, — думал Джейк. — Если будем ка-тетом. А не такими, как сейчас. Такие, как сейчас, мы не победим ни здесь, ни в Нью-Йорке. Я в этом уверен».
Другая мысль пришла следом за этой, такая ужасная, что поначалу он попытался отбросить ее. Только понял — не получается. Никак не хотелось ему рассматривать эту идею, но ведь ничего другого не оставалось.
«Я могу взять инициативу на себя. Могу сам рассказать ей».
А что потом? Что он скажет Роланду? Как все объяснит?
«Я не смогу. Такого объяснения нет, да и не будет он меня слушать. Единственное, что мне по силам…»
Он вспомнил историю Роланда о том дне, когда тому пришлось сразиться с Кортом. Закаленный в боях старый учитель с палкой и мальчишка с соколом. Идя против решения Роланда и выдавая Сюзанне секреты, он, Джейк, нарывался на то же самое испытание — право зваться мужчиной.
«Я еще не готов. Может, Роланд и был готов, пусть на пределе, но был, но я же не Роланд. Никто не может сравниться с ним. Он возьмет надо мной верх и меня отправят на восток, в Тандерклеп, одного. Ыш попытается пойти со мной, но я не позволю. Потому что там смерть. Возможно, не для всего нашего ка-тета, но уж для одинокого мальчишки вроде меня точно».
И, однако, секреты Роланда — это нехорошо. И что из этого следует? Вскоре они соберутся, соберутся все, чтобы услышать продолжение истории Каллагэна и, возможно, решить, как поступать с Магическим кристаллом из церкви Каллагэна. Так что же ему делать?
Поговори с ним. Постарайся убедить, что он поступает неправильно.
Хорошо. Это он сможет. Будет тяжело, но он сможет. Следует ли ему поговорить и с Эдди? Джейк решил, что нет. Вовлечение Эдди еще больше все запутает. Пусть Роланд решает, что говорить Эдди. Роланд в конце концов их дин, их старший.
Полог палатки задрожал, и рука Джейка двинулась к тому месту, где следовало находиться «ругеру». Его там, само собой, не было, но и тревога оказалась ложной. Полог тронул своей мордочкой Ыш и чуть откинул, чтобы просунуть в палатку головку.
Джейк протянул руку, чтобы погладить зверька, но Ыш зубами мягко ухватил его за пальцы и потянул. Джейк не стал противиться — чувствовал, если и заснет этой ночью, то нескоро.
За палаткой мир предстал перед ним в резких черно-белых цветах. Крутой каменистый склон уходил к реке, в этом месте широкой и мелкой. Отражающаяся в ней луна светилась, как лампа. Среди скал на берегу Джейк увидел две фигурки и замер. В этот момент луна скрылась за тучей, и мир потемнел. Ыш снова потянул его за собой. Джейк подчинился, нашел четырехфутовый уступ, спустился на него. Ыш остался наверху, над его спиной, дыша ему в ухо, как маленький двигатель.
Луна вышла из-за облака. Мир просветлел. Джейк увидел, что Ыш привел его к огромному гранитному валуну, торчащему из земли, как корма зарытого корабля. С этого места он мог многое увидеть, оставаясь незамеченным. Взгляд его сразу же вернулся к двум фигуркам.
Одну он узнал сразу: рост и блеск металла в лунном свете однозначно указывали, что перед ним Энди, робот-посыльный (со многими другими функциями). Второй… кто же второй? Джейк прищурился, но все равно не смог ответить на этот вопрос. От берега его отделяли двести ярдов, так что, несмотря на яркий лунный свет, черты лица расплывались. Даже когда этот мужчина поднимал голову, глядя на Энди. Впрочем, мужчина был в шляпе… шляпу эту он вроде бы узнал…
Ты можешь ошибиться.
А потом мужчина чуть повернул голову, лунный свет отразился от его лица двумя бликами, и Джейк понял, что не ошибся. Многие ковбои Кальи носили такие же шляпы с круглой тульей, но во всем городе в очках Джейк видел только одного человека.
Ладно, это отец Бенни. Что с того? Не все родители похожи на моих, некоторые тревожатся о своих детях, особенно, когда они уже потеряли хотя бы одного. Мистер Слайтман потерял сестру Бенни. Она умерла от легочного пожара, как говорил Бенни. Должно быть, так здесь называют пневмонию. Шесть лет назад. Мы отправились в поход, мистер Слайтман посылает Энди, чтобы тот приглядывал за нами, просыпается глубокой ночью и решает проверить, все ли у нас в порядке. Может, ему тоже приснился кошмар.