— Если мы находились в Прыжке, когда нашли этот мешок, как мы смогли взять его с собой?
Роланд обдумал вопрос.
— Может, и мешок находится в Прыжке.
— И сейчас?
Роланд кивнул.
— Да, думаю, что да. И сейчас.
— Понятно. — Эдди помолчал. — От всего этого мурашки бегут по коже.
— Передумал насчет визита в Нью-Йорк, Эдди?
Эдди покачал головой. Но он боялся. Возможно, боялся даже больше, чем в салоне для баронов, когда он вышел в проход, чтобы загадать Блейну пару-тройку загадок.
2
Когда половина тропы, ведущей к Пещере двери («Она крутая», — сказал Хенчек и не погрешил против истины), осталась позади, пошел уже одиннадцатый час и солнце прогрело воздух. Эдди остановился, вытер шею банданой, посмотрел на извивающиеся сухие русла к северу от тропы. Тут и там в склонах зияли черные дыры, и он спросил Роланда, не гранатовые ли это шахты. Стрелок ответил, что да.
— И в какую ты хочешь отвести детей? Она отсюда видна?
— Видна. — Роланд достал свой единственный револьвер, наставил на выбранную им шахту. — Посмотри поверх прицела.
Эдди посмотрел и увидел глубокую расселину, формой напоминающую двойную букву S. Почти до самого верха она была густо затенена. Он догадался, что солнце если освещало дно, то лишь всего полчаса и в полдень. Одним концом расселина упиралась в скалу. Эдди предположил, что вход в штольню находится именно там, но тень не позволяет его разглядеть. Второй, юго-восточный конец расселины переходил в сухое речное русло, сбегавшее к Восточной дороге. А уж за Восточной дорогой до самой реки тянулись рисовые поля.
— На ум сразу приходит история, которую ты нам рассказывал. — Эдди повернулся к стрелку. — О каньоне Молнии.
— Само собой.
— Только без червоточины, которая сделала всю грязную работу.
— Да, — согласился Роланд, — без червоточины.
— Скажи мне правду, ты действительно собираешься спрятать детей в глухом тупике сухого речного русла?
— Нет.
— Горожане думают, что собираешься. Даже женщины, бросающие тарелки.
— Знаю, — кивнул Роланд. — Я и хочу, чтобы они так думали.
— Почему?
— Потому что не верю, что в поиске детей Волкам помогали какие-то сверхъестественные силы. Услышав историю деда Тиана, не думаю, что в Волках вообще есть что-то сверхъестественное. Нет. Просто в этом амбаре завелась крыса. Которая на ушко шепчет тем, кто посылает из Тандерклепа Волков.
— Ты хочешь сказать, всякий раз крысы разные? Каждые двадцать три или двадцать четыре года?
— Да.
— Кто это делает? — спросил Эдди. — Кто может это делать?
— Точно я не уверен, но идея есть.
— Тук? Предательство, передаваемое по наследству, от отца к сыну?
— Если ты отдохнул, Эдди, думаю, нам лучше продолжить путь.
— Оуверхолсер? Может, этот Телфорд, который выглядит, как ковбой из телевизора?
Роланд молча прошел мимо него. Под подошвами его новых сапог хрустели камушки. Зажатый в левой руке розовый мешок болтался из стороны в сторону. Шар, лежащий в ящике из «дерева призраков», продолжал нашептывать неприятные секреты.
— Разговорчив, как всегда, — хмыкнул Эдди и последовал за стрелком.
3
Первым из глубин пещеры донесся голос великого мудреца и знаменитого наркомана.
— О, вы только посмотрите на этого маменькиного сынка! — простонал Генри. Голос его, забавный и пугающий одновременно, напомнил Эдди умершего партнера Эбенезера Скруджа в «Рождественской песни». — Маменькин сынок думает, что ему удастся вернуться в Нью-Йорк? Если попытаешься, то попадешь куда как дальше, братец. Лучше оставайся, где пребываешь сейчас… вырезай что-нибудь из деревяшек… будь хорошим мальчиком… — Мертвый брат засмеялся. Живой — задрожал.
— Эдди? — позвал Роланд.
— Послушай своего брата, Эдди! — пронзительно крикнула мать из глубин пещеры. На полу белели кости мелких животных. — Он отдал за тебя жизнь, всю свою жизнь по меньшей мере, ты можешь его послушать!
— Эдди, ты в порядке?
Голос матери сменился голосом Кзабы Драбника, спятившего гребаного венгра, как его звали приятели Эдди. Кзаба просил Эдди дать ему сигарету, в противном случае угрожая спустить его гребаные штаны и выпороть. Эдди с трудом отвлекся от этого пугающего многоголосья.
— Да, пожалуй, что да.
— Голоса идут из твоей головы. Пещера каким-то образом находит их и усиливает. Не обращай на них внимания. Они, конечно, отвлекают, но больше ничем навредить не могут.