Да, но если ему не удастся убедить Келвина Тауэра продать ему пустырь сегодня, вопрос времени потеряет свою актуальность. Однажды, очень давно, Генри похвалялся, что его маленький братец может уговорить дьявола прыгнуть в его же костер. Эдди надеялся, что прежнее умение убеждать осталось при нем. Заключи сделку с Келвином Тауэром, инвестируй в недвижимость, а потом гуляй себе с Богом. Празднуй. Купи себе шоколад со сливками или…
Бег его мыслей прервался, он так резко остановился, что кто-то врезался в него сзади и выругался. Эдди едва почувствовал удар, практически не расслышал ругани. Темно-серый «линкольн таун-кар» вновь стоял у тротуара. Не перед пожарным гидрантом, но все равно в непосредственной близости от книжного магазина.
«Таун-кар» Балазара.
Ноги понесли Эдди дальше. Теперь он радовался, что Роланд уговорил его взять с собой один из револьверов. И убедился, что револьвер этот заряжен.
6
Черная грифельная доска вернулась в окно. В этот день «Манхэттенский ресторан для ума» предлагал паровой обед из Новой Англии: Натаниэла Готорна, Генри Дэвида Торо и Роберта Фроста, с десертом на выбор: Мэри Маккарти или Грейс Метильос, но на двери висела табличка: «ИЗВИНИТЕ, МАГАЗИН ЗАКРЫТ». Часы на здании банка напротив «Башни выдающихся записей» показывали 3.14 пополудни. Кто, скажите, закрывает магазин в четверть четвертого в рабочий день?
Тот, кто обслуживает особого клиента, Эдди сам и ответил на свой вопрос. Вот кто.
Он прижался носом к стеклу, отгородился руками от света, чтобы посмотреть, что же происходит в «Манхэттенском ресторане для ума». Увидел круглый стол с детскими книжками. Справа от него — стойку, только в этот день на ней никто не сидел, даже Эрон Дипно. И кассовый аппарат стоял в гордом одиночестве.
В магазине не было ни души. Келвина Тауэра вызвали куда-то по срочному делу, может, что-то случилось с кем-то из родственников.
Случилось, это точно, зазвучал в его голове голос стрелка. Только не с родственниками, а с ним. Случились незваные гости, которые прибыли в серой автоповозке. И почему бы тебе вновь не взглянуть на стойку, Эдди? Только на этот раз используй глаза по прямому назначению.
Иногда Эдди думал голосами других людей. Он полагал, что в этом не отличался от многих других. Не сам же он выдумал этот способ взглянуть на происходящее под таким углом. Но на этот раз он вроде бы и не пытался думать голосом стрелка. Просто голос Роланда сам зазвучал в его голове.
Эдди вновь посмотрел на стойку. Увидел разбросанные шахматные фигурки, перевернутую кофейную чашку. Заметил лежащие на полу, между двух высоких стульев, очки — одно стекло треснуло.
Почувствовал, как в голове запульсировала злость. Пульсации набирали силу и учащались, постепенно они блокировали логическое мышление, после чего оставалось лишь пожалеть тех, кто оказывался в пределах досягаемости револьвера Роланда. Как-то раз он спросил Роланда: бывает ли такое с ним? И Роланд сухо ответил: «Такое бывает с каждым из нас». Когда же Эдди покачал головой и возразил, что он — не Роланд, так же как и Сюзи, и Джейк, стрелок промолчал.
Тауэр и его особые клиенты на складе, подумал он, в той комнатушке, что Тауэр использовал под кабинет. И на этот раз одними разговорами дело не ограничится. Эдди не сомневался, что джентльмены Балазара найдут другие способы напомнить мистеру Тауэру, что близится пятнадцатое июля, день, когда тому придется принимать ответственное решение. И они наверняка подскажут Тауэру это решение.
Когда слово «джентльмены» пришло в голову Эдди, злость запульсировала еще сильнее. Не должны так называть себя люди, разбившие очки толстому и безобидному владельцу книжного магазина, а теперь терроризирующие его в подсобке. Джентльмены! Фак-каммала!
Он подергал дверь. Заперта, но замок хлипкий. Дверь болталась в дверной коробке, как готовый выпасть молочный зуб. Стоя в дверной арке, стараясь делать вид, будто его заинтересовала какая-то книга, Эдди начал прикладывать силу. Надавил на ручку, потом привалился к двери плечом, вроде бы ненароком.
Девяносто девять процентов из ста, на тебя никто не смотрит. Это же Нью-Йорк, не так ли? Можете вы сказать, как пройти к зданию городского совета или мне сразу идти на хер?
Он надавил сильнее, но еще не изо всей силы, однако что-то треснуло и дверь распахнулась. Эдди тут же переступил порог, словно имел на это полное право, закрыл дверь за собой. Но она тут же открылась. Он взял с круглого столика книжку «Как Гринч украл Рождество» (Никогда ее не любил), вырвал последнюю страницу, сложил несколько раз, сунул между дверью и дверным косяком, закрыл дверь. На этот раз она осталась на месте. Эдди огляделся.