Небольшое помещение с обоями в полоску и белым невысоким потолком, может в высоту метра три, с которого свисала белая хрустальная люстра с шестью лампочками - свечками. Пол был покрыт деревянным паркетом, а между кроватями, которые находились напротив друг друга, лежал мягкий коврик. Напротив двери – окно, которое было открыто на проветривание. Стол был расположен под окном, он разделялся на два. По бокам от стола стояли шкафчики и полки. На полках стояли какие-то книги, которые привлекли моё внимание, и мне захотелось, потом, посмотреть, что там есть интересного. Рядом с одной кроватью находилась деревянная шведская стенка. Кровати были заправлены. На них было примерно по шесть подушек.
- Прикольно. – Всё что я могла сказать в данный момент.
- Угу. Мне теперь будет не так страшно спать, - ответила сестрёнка, подойдя к кровати и завалившись на неё.
- Потому что напротив буду спать я? – Улыбнувшись, спросила у Ники.
- Да-а-а, - протянула сестра. – А о чём ты разговаривала с Никитой?
- О выпускном, - я подошла к столу и села в кресло.
- Ты говорила мне, что не хочешь идти. Почему? – Николь села на кровати, скрестив ноги. – Это же последний день, когда вы видитесь. Я бы ни за что не пропустила свой выпускной.
- Ну, у тебя их будет точно два, и если останешься ещё на два года, то три. А потом ещё и после колледжа или университета будет выпускной, или оттуда и оттуда.
- Ух ты. А почему ты не хочешь?
- Не хочу видеть некоторых людей. Но там будут мои друзья, которые решили уехать.
- Дядя Валера сказал, что Никита тоже будет уезжать. И ты, - сестрёнка посмотрела на меня грустным взглядом. – Это правда?
- Не знаю ещё, - ответила, нахмурившись, - если и уеду, то за тобой присмотрят. Надеюсь, - тихо сказала себе под нос.
- Ты обязана завтра пойти на выпускной и последний раз побыть с друзьями! Может вы и увидитесь потом, но вдруг им есть, что сказать сейчас. Потом будет поздно. – Сказала Ники, и я вспомнила момент из детства, когда дедушка до последнего держался, пока не сказал мне что-то важное. Только я не помню, что он сказал перед тем, как умереть… - Таня? – Сестрёнка помахала перед носом рукой. – Ты чего?
- Вспомнила кое-что, - тихим голосом ответила, прикрывая рукой глаза. На глазах стали наворачиваться слёзы.
Как же мне не хватает вас… Дедушка, что ты мне сказал? Я не помню. Мне три года было.
- Таня? – Николь положила свою ручку мне на другую руку. – Позвать кого-нибудь? – Обеспокоенно спросила сестра. Я молчала, чтобы не выдать дрожь в голосе. – Таня! Ответить, пожалуйста. – Нервы дали слабину и на щеках появились первые капельки слёз. Послышались удаляющиеся тихие шажки, звук открывающейся двери, и тишина…
Через какое-то время мне на плечо легла чья-то сильная рука.
- Эй, что случилось? – Спросил спокойный мужской голос. – Тань? – Я помотала головой, дав отрицательный ответ. – Я же знаю, что раз у тебя такое состояние, значит, что-то случилось. Или ты вспомнила что-то. Рассказывай.
- Никита, я не хочу разговаривать. Уйди. – Хриплым голосом ответила парню.
- Я не уйду, пока ты не выговоришься. – Ответил парень.
- Ладно… - Сдалась я. – Я пойду, завтра, на выпускной, если ты кое-куда меня отвезёшь, - я убрала руку от лица и посмотрела на друга, который сидел передо мной на корточках. – И расскажу в чём дело. – Парень поднялся и убрал руку с плеча.
- Собирайся, - ответил Никита и пошёл к двери, - скажу отцу, что мы с тобой немного покатаемся, поэтому пусть приглядит за Ники. – Дверь закрылась, и я осталась одна в комнате.
Лезвием ножа по старым ранам…
Небо стало хмуриться, и я заворожённо смотрела на это явление, пытаясь успокоить себя перед встречей, которая должна была состояться давно, просто кое-кто был «занят» совершенно другими делами.
- Ты точно нормально себя чувствуешь? – В очередной раз спросил Никита, не отрывая взгляда с дороги.
- Всё нормально, не волнуйся. Я просто немного переживаю. – Я хотела аккуратно выдохнуть, но перестаралась, и у меня получился вздох, наполненный болью и грустью, а не аккуратный спокойный выдох.