На Лужниках случились и полные погружения, с The Beatles погрузились на Yellow Submarine, а с Наутилусом Помпилиусом всплыли и выдохнули:
Конечно, не хватало Виктора Цоя и песню «Перемен» весь стадион исполнял без него и слова летели в космос…
Что бы не утверждали после, но песня Hotel California от наших орлов всех времён The Eagles не звучала, а вот Light My Fire The Doors – да, и такие двери открылись…
Финальную песню пели все участники концерта, пели зрители, пели полицейские, пели взрослые и дети и одни мало отличались от других… и свет зажигалок достигал небес и туда же долетали слова… трёхчасовое видео доступно на Ютубе.
После концерта выпили водки. Так хорошо было пить водку с настоящим мужиком – дядей Юрой Шевчуком! Но больше всего доставила Веста, которая по скайпу на сотовом спросила: «А это кто?» На что Петя просто ответил жене: «Я тебя люблю!» и это было правдой. Просто любовь не всегда побеждает смерть. Отцу любовь не может помочь жить, но она может помочь другим, она может помочь детям. И день прожит не зря!
12 апреля кто-то пошёл на митинг Навального, а группа Corner и сочувствующие долетели из Первопрестольной в Приозёрск на каком-то хитром лоукостере, который в День России открыл новый рейс и для его рекламы раздал рокерам билеты бесплатно (но рекламы лоукостера тут не будет). После разгрузки инструментов на базе, мужики сразу рванули купаться. Ведь лето – это большая жизнь! И вот бывшие зеки и «узники совести» и полит-психи прыгают голыми в холодное родниковое Голубое озеро. Орут, брызгаются и выбегают на берег пить водку. Хорошо жить! Укутавшись чьим-то бушлатом и заложив за воротник стопарь белой, Петя лежал на траве и смотрел на небо, на облака, на берёзы, что колыхались где-то далеко… кукушка проявила себя. «Кукушка, кукушка, сколько мне жить осталось?» – мысленно загадал Седых. «Ку» – и весь счет. «Пизда с ушами!» – не остался в долгу Петя.
В это время в окрестности Приозёрска начали стягиваться войска специального назначения. Местные прозвали их космонавтами – такое у них было оружие, шлемы и форма, какую никогда по телевизору и не показывали. И все поняли, что если бы волки были выдумкой, такую силу сюда бы зазря не пригнали…
Как показала практика, группу Corner не смогла развалить даже вся карательная система вместе с пенитенциарной, её не смогли разрушить женщины – Веста и Женя не дадут соврать! – но бомбу под существование рок-банды заложил один пьяный барабанщик…
Возвращались с гастролей из Екатеринбурга (после Лужников надо ковать железо, не отходя от кассы). Поездом.
А поутру они проснулись, жаль, что рядом с пьяными музыкантами не было ни одного художника, он бы запечатлел картину маслом или акварелью кисточкой вывел или в графике, да в графике это вышло бы аутентичнее. Мрак. Полный интеллектуальный и физический мрак. Пи эр в колесах самых поездатых поездов в мире крутятся, а квадрат стучит. Тык-дык, тык-дык – размеренный метроном отсчитывал километры до Приозёрска. С похмелье нет пытки мучительнее, чем жажда и этот невыключаемый тык-дык, тык-дык…
Петя поймал сеть на своем новом китайском смартфоне (зарегистрирован на Лёху, так проще) и тут такое началось… тогда он нашел Шершня, поднёс экран к его лицу и спросил:
– Чо за хуйня?
– Отстань! – отмахнулся глубоко похмельный барабанщик.
– Нет, ты объясни! – не отступал не менее глубоко похмельный фронтмен.
– Отстань!
Пришлось применить физическое воздействие, хотя Шершень был сильнее Седых, но в данный момент волевые качества шли в зачёт лидеру группы.
– Ну и чо?
– Ты это говорил? – Петя снова поднёс к Шершню телефон. Тот, наконец, посмотрел на экран, пролистал…
– Полная хрень!
– Ты это говорил?!
– Да не помню! – заорал Шершень.
Тут на шум стали стекаться остальные музыканты. Головы они старались не кантовать.
– Чо за дела? – шепотом поинтересовался Толя.
– Больше двух, говорим вслух… – не совсем впопад ляпнул Роджер.
– «Ныне мы более популярны, чем Виктор Цой…» – процитировал Боцман, который снова знал больше всех и был менее похмельным из всех.