– Это кто сказал? – повис в воздухе стопудовый вопрос. Такой просто так не сдвинешь.
– Ну, я, я! – завопил Шершень, аки иерихонская труба.
– А зачем? – спросил Толя, но его никто не услышал.
– Не Христос, не Путин, а Цой, да? – уточнил Петя.
– Но это же правда! – пошёл в контрнаступление барабанщик. – К нам на Лужники пришло больше народу, чем на концерт «Кино». Тут появилась сеть и удалось воспроизвести видео, где Шершень сказал эту фразу в камеру и пьяно улыбался… да, он был нетрезв, но даже нетрезвый человек должен отвечать за свои слова. Да, Шершень – хороший барабанщик, но даже хороший барабанщик должен отвечать за свои слова.
– Да я тоже уважаю Цоя, но сейчас мы популярнее! – упёрся Шершень и был непоколебим. Непоколебимый он наш… или не наш?
Ну и по личностям прошлись. А ну-ка убери свой лапы с моего лица!
– Да ты в Ёбурге играл, как мёртвый Джим Моррисон!
– А ты играл, как жопа Фредди Меркьюри!
– Ты чего меня сейчас пидором назвал?!
– Ты первый начал, противный!
– Вся группа играла как конченные пидарасы! Где моя косметичка?! – но эта фраза не разредила обстановку (раньше бы все просто заржали и стали бухать), слишком много накопилось внутренних противоречий.
И тут такое началось! В воздух только чепчики не полетели, ибо их не имелось в плацкартном вагоне. Поклонники подключились, чуть не дошло до драки стенка на стенку. Короче, все друг с другом разругались и на перрон уже вышла не группа, а индивидуумы, некогда сплоченные и выступающие под одним названием Corner. Прибывшие на горячую точку сборки (а точнее разборки состава) журналисты не были разочарованы. В эфир полилось сразу несколько «правд», то есть мнений. Петя сказал в микрофоны лишь одну фразу: «Мнение Шершня не совпадает с мнением других участников группы». На все остальные вопросы он отвечать отказался.
А дома ситуация повторилась зеркально. Веста подошла и вместо объятий и поцелуев протянула Пете экран. На видео некто похожий на Седых занимался сексом в сортире поезда.
– Вот моя знакомая Ева (это имя Веста выделила) прислала… что-то хочешь сказать? – жена находилась в стадии такой ярости, что зрачки её сузились. И как это сука Ева могла трахаться и ещё и снимать. Седых такого не помнил и не понимал.
Раньше Петя всё бы отрицал. Это правильно, с женщинами по поводу измены надо всегда всё отрицать и ни в чём никогда не сознаваться. Но он устал и в этой точке пространства и времени он уже не мог действовать логично и бороться за любовь и за сохранение семьи. Тем более последнее время они как-то отдалились и перестали понимать друг друга. Что-то накопилось, как большой запутанный клубок и этого не распутать словами. Легче разрубить раз и… а там как получится.
– Да, я её трахнул.
Веста молчала, для Пети лучше было бы, принять залп обвинений и даже слёз. Молчание – наихудший исход переговоров.
– Я соберу вещи.
Веста молчала, когда Седых взял самое необходимое и покинул квартиру-студию. Уже позже они в ходе длинных телефонных переговоров решили, что официально не разведутся до похорон отца. Со стороны это выглядело, как будто Петя хочет быть рядом с папой на время его болезни. Это так… но это и не совсем так.
«Ночь темна и полна ужасов» утверждает в своих книгах Джордж убивающий всех своих персонажей Мартин. Это не так. Дни страшнее. Ночью обычно ты просто спишь. Счастливчики видят сны. А вот дни… их нужно чем-то заполнять. А чем? У Седых уже давно не было работы. Теперь у него нет любимой женщины и любимой группы. Да, можно ездить в приют Зоозаботы или в детский дом и помогать тем, кто не может помочь себе сам. А ещё можно сидеть с отцом, которому стало хуже. Держать его тонкую и прозрачную руку и плакать, Петя не мог смотреть на умирающего папу и не плакать.
– Сын, ты поссорился с Вестой… – сказал светлый, как ангел, отец на белоснежной простыне. – Постарайся помириться, признай вину и попроси прощенье… ну а если не получиться… подумай, будет ли это важно, через 10 лет, через 20… через 30… – он замолчал, потом прищурился и с улыбкой произнес: мужчины – всегда мужчины, а женщины – всегда женщины…
Он понял всё, хотя Петя ничего не рассказывал.
А ещё чтобы жить, нужны деньги, а когда нет ни работы, ни группы для рокера наступают невесёлые времена. Минус ипотека. Да, квартира со студией записаны на Весту, но Петя всегда старался внести свою лепту… а сейчас. Ой, лучше не вспоминать.
И, тем не менее, он позвонил Весте и сказал, что им нужно встретиться. Не для разговора про отношения. Она нашла несколько минут в плотном графике студии. Во второй раз они не обнялись за последнее время. «Привет». «Привет». Так разошедшиеся в море корабли безразлично сигналят друг другу холодными огнями. А ведь безразличия-то не было, но столько всего было, что дипломатия спасала ситуацию.