– Нет! Это вопрос неравнодушной женщины.
– С целью выйти за меня замуж?
– Даже не надейся! – Татьяна снова потеребила ступней…
– Я так понимаю, минета не будет?
– Правильно понимаешь, я на кухню пошла, кофий пить…
Петя натянул домашние штанишки и тоже явился на кухню пить кофий.
– Кстати, заметила во дворе каких-то упырей в темной «чепырке», они по твою душу тут трутся?
– Похоже…
– Кто такие?
– А я знаю? – взвился Петя, ему надоели трудные вопросы.
– Давай без истерик. Если тебя убьют, чур я пишу книгу про тебя в серию Жизнь замечательных людей.
Оба сплюнули три раза через левое плечо и постучали по деревянному столу. Седых подошёл к окну, чёрная «чепырка» неумолима ждала его.
– Моя жизнь едет в белой машине, с голубым огоньком… – прошептал Петя.
– Бэгэ перефразируешь. А ты знаешь, что тебя обвиняют в плагиате, мол, в песне «Волки» ты украл строчку из армейской песни «Чекисты».
– Какую строчку?
– Ну, про совесть наплевать…
– А янтарную комнату тоже я украл?
– Конечно, где янтарь, Седых, нам нужен янтарь! – завопила Елисеева так, что соседи застучали по трубам.
После кофе с коньяком настроение улучшилось.
– На «Матильду» то пойдешь? – спросила дотошная Елисеева.
– Да даже и не собирался! – отрезал Седых.
– Сходи, может, кинотеатр с тобой сожгут, какой финал будет у моей ещё не вышедшей книжке про тебя… – у Татьяны снова в глазах появился шальной блеск.
– Елисеева, ты меня до кондрашки доведёшь!
Во дворе раздался басовитый рокот. Это приехали байкеры… Петя порылся в закромах памяти. Ах да, он же обещал поучаствовать в благотворительном мероприятии… байкеры привезут подарки в детский дом, а Седых споёт добрые детские песни.
– Елисеева, поехали, у тебя будет эксклюзив!
Байкеры выдвинулись к детскому дому, Петя крутил башкой, но так и не увидел чёрной машины позади. В детском саду всё прошло чудно – детишки радовались всему: и подаркам и возможность посидеть на настоящих харлеях и уралах и сделать крутые селфи. А Петю одна кнопка во время акустического концерта попросила спеть песню про Матидьду, рокер аж поперхнулся и спел что-то приличное. До выхода скандального фильма оставалось четыре дня…
Вечером Седых смотрел финал Ultimate Series, зерги снова кушали морпехов. Петя настроил гитару и сам для себя запел:
Если бы он обладал дальним видением, то он бы мог лицезреть двух волков на опушке леса. Матёрый самец завыл, а волчица подтянула. Это был их лес. Вежливые люди в форме сдались и не ходили по волчьей территории.
В один из пошлых серых дней Петя напел в сотовый телефон похабную песенку:
Спустя малое время на ютубе появилась едкие комментарии. Исписался Седых, дошёл до ручки Седых, рок умер в Седых или он умер для рока. И что-то очень пошлое вышло на телевидении, от чего мама расстроилась. Она плакала, а Петя её утешал.
– Прямо Панина показали, а потом тебя… – сокрушалась мама. Сын гладил её голову и говорил какие-то благоглупости. И ещё решил бросить пить, но, конечно, это обещание не исполнил.
В один из тошных дней от окружающей действительности и особенно телевизора Пете стало совсем муторно, он взял в руки гитару и начал петь:
После выхода новой песни на Седых напали и слева и справа. Либералы обвиняли в недостаточной критики кровавого режима Путина. Патриоты интересовались, сколько за новые вирши ренегат Пётр получил от Госдепа. Объяснять что-то публично – глупо и бесперспективно. Седых ударился в молчанку и не давал интервью.
Пустой день. Чтобы заполнить пустоту Петя прослушал пятую симфонию Чайковского, а потом сразу шестую. И понял, что пятая нравится больше, и ещё понял, что плохо разбираюсь в классике. А потом взял гитару и два часа «пилил». На самом деле Седых много терзал инструмент. Но люди думают, что он только бухает, трахает малолетних поклонниц и ни хуя не делает для рока. Грустно и рокер завыл песню на каком-то праславянском языке…