Поднявшись, чтобы надеть кольчугу, он услышал настойчивый тройной ритм скачущего коня. Часовой бросил вызов и назвал правильный пароль. Всадник спросил и получил указание, как добраться до Навлобата. Баллиста с трудом надел боевое снаряжение и вместе с Тархоном вернулся в лагерь.
Мало кто мог спокойно спать после того, как новость, принесенная разведчиком, разнеслась по орде. Баллиста проспал пару часов. Было странно находиться в лагере армии, которая следующим утром отправлялась в бой, но без каких-либо обязанностей и без участия в тревожных последних советах. И всё же он чувствовал смертельную усталость, и глаза его слезились от усталости.
Баллиста хорошо обозревал окрестности. Вместе со своей семьёй и оставшимися опытными воинами римского посольства – всего девятью всадниками, включая его самого, – он был вызван к Навлобату. Присутствовали и другие сановники: гудья, как всегда, в тени престарелого халиурунны, два вельможи тайфали с запада и три вождя антропофагов откуда-то с далёкого севера.
Навлобатес занял позицию на невысокой сгибе позади своей армии. Баллиста сидел на одном из больших сарматских коней и осматривал поле боя. Видимость улучшалась. Солнце взошло, рассеивая остатки тумана, поднимавшегося над рекой. Ниже и прямо перед ним располагался отряд самого Навлобата, действовавший в качестве резерва. Это была элита, все герулы, многие из которых были росомонами. Пять тысяч воинов выстроились бок о бок, всего в два ряда. За каждым воином стояли как минимум четыре привязных запасных коня. Баллиста видел множество знамен, колышущихся над морем развевающихся конских хвостов.
Основная армия находилась примерно в двух выстрелах из лука, разделившись на три отряда примерно по пять тысяч человек в каждом. Справа, на фланге, у пояса деревьев у Танаиса, располагались воины племён Ра. С ними были различные вожди разбойников, а укреплял их кочевник Эвтес. Командовал герул Арут. В центре стояли остальные герулы под командованием Улигага. Левый фланг занимали агафирсы и нервии. Их возглавлял Артемидор. Эти отряды были более компактными, выстроившись в пять рядов в строю, который Навлобат называл «терновыми кустами».
Аланы находились примерно в четырёх выстрелах из лука от основных сил Навлобата. Их расположение было зеркальным отражением расположения герулов: три отряда при поддержке резерва. Баллиста едва различал небольшие, нечёткие силуэты их вождей, скачущих впереди, но сами группы воинов представляли собой лишь неподвижные тёмные блоки на фоне рыжевато-коричневой степи.
Как профессионал, Баллиста окинул взглядом всё. Навлобат действовал достаточно хорошо. Герулы ожидали численного превосходства. Он закрепил один фланг на опушке леса у реки и оставил резерв на случай обхода с фланга – либо через реку, либо, что более вероятно, обойти другой фланг по открытой степи. Собрав все конные отряды за резервом, можно было обмануть аланов, решив, что это дополнительные войска. Однако план был по сути оборонительным и не содержал смелых действий. Не было ничего неожиданного, что могло бы выбить противника из колеи или вызвать панику. Он полностью полагался на боевые качества воинов.
Баллиста изучал противника. На таком расстоянии было невозможно точно оценить численность. Тем не менее, аланов на поле боя было не больше, чем герулов. Конечно, численность противника часто переоценивали. Сафракс мог оставить отряд для прикрытия продвижения уругунди, или же он мог оставить значительный отряд воинов охранять свои стада. Но это могло быть и что-то другое. В битве у Каспийских ворот годом ранее Сафракс выделил отряд для засады. Навлобат отдал строгий приказ, запрещающий его людям покидать линию фронта сегодня. Если они подчинятся, то любые спрятавшиеся аланы не должны были представлять проблемы. Однако оставалась опасность, что Сафракс отправил часть своих воинов широким фланговым маршем, чтобы скрыться из виду вокруг герулов.
Если герулы будут разбиты, большинство сломленных воинов устремятся на север и северо-восток, к своим стадам или поселениям. Баллиста смотрел вниз, на реку на западе. С прошлой ночи он думал, что сможет переплыть Танаис, даже если всё ещё будет в доспехах. Все, кто был с ним, были хорошими наездниками, кроме Тархона. Они могли бы помочь суанцам переправиться через него, а затем во весь опор скакать к Меотийскому озеру. Это означало бы бросить членов миссии, оставшихся в лагере Навлобата, на произвол судьбы. Однако, насколько ему было известно, у герулов не было причин не отпустить евнуха Амантия, трёх приспешников, двух вольноотпущенников и пару рабов. Одно было ясно: сам Баллиста не собирался попадать в руки побеждённого им аланского царя или вассала Сафракса, Саурмага, принца, которого он изгнал из Суании.