Коростель взлетел перед его лошадью. Попутный ветер взъерошил перья птицы, придав ей размеры и вид испуганной курицы.
Один из герулов — Алуит — крикнул, его голос был настойчивым. Гиппотус посмотрел на юг, куда он указывал. Всадники, человек пятьдесят или больше, на маленьких степных пони. Должно быть, аланы. Они были больше чем в полумиле от нас, но быстро приближались.
Андоннобаллус прервал гортанный говор герулов. Он отдал то, что должно было быть приказом. Алуит развернул коня и направился к головному фургону. Андоннобаллус ещё немного поговорил. Фарас и Берус помчались в хвост колонны. Они держались дальнего края от приближающихся аланов.
Андоннобалл уже собирался уходить, когда вспомнил о Гиппотое. «Аланы охотятся за вашим римским золотом и нашими лошадьми. Мы собираемся окружить повозки. Вам следует выбрать место для боя». Он заговорил по-гречески. Он ухмыльнулся. «Постарайся остаться в живых». Он пришпорил коня и поскакал вслед за Алуитом.
Гиппофос раздумывал, что делать. Он развернул коня. Баллисты и остальных на севере не было видно. Куда, чёрт возьми, они подевались? Первая повозка поворачивала. Сарматский возница бил кнутом; волы перешли на бег. Аланы были ещё далеко. Гиппофос теперь ясно их видел. Рослые всадники на маленьких лошадях – казалось, они были слишком тяжелы. Это выглядело бы забавно, если бы не были такими опасными. Все они были без доспехов. Над ними не развевались знамена. Они разделялись. Самая большая группа – двадцать или тридцать человек – направлялась к хвосту обоза и табуну герулов. Другая, поменьше, целилась в центр колонны. Последняя группа, около дюжины человек, собиралась обойти фронт. Они шли прямо на Гиппофоса.
Что делать? Гиппофос подумывал уехать на север. Если аланы просто охотились за добычей, они, возможно, не станут его преследовать. Но тогда он останется один в степи. Он не был к этому готов. И он хотел произвести впечатление на герулов. Они могли ему пригодиться. Его собственные вещи были в последней повозке. Его книги – драгоценный экземпляр Полемона – и доспехи, его деньги и его раб Нарцисс; он не собирался отдавать их кочевникам. Он натянул поводья и пустил коня галопом по следам Фараса и Бера.
Гиппотус перерезал передовой фургон. С первого взгляда стало ясно, что круг не будет замкнут вовремя. Аланы доберутся до него через несколько мгновений. Он слышал их вопли.
Проезжая мимо третьей и четвёртой повозок, Гиппофос заметил выглядывающих из них римских вспомогательных солдат. Они выглядели озадаченными. Боги внизу, ему нужно что-то предпринять. Он направил коня рядом.
«Где твой сотник?»
Солдаты непонимающе посмотрели на него.
«Где Гордеоний?» На этот раз он не забыл спросить на латыни, языке армии.
«Понятия не имею, Доминус».
Гиппофос выругался. Что ему делать? Чёрт. Он ругался, как последний плебей. Жизнь главаря банды подсказывала ему, что им всем нужно просто бежать. Может, пожертвовать кем-нибудь, чтобы остальные смогли уйти. У него не было настоящего опыта командования войсками в бою. Второстепенные войска выжидающе смотрели на него. Что же сделает Баллиста?
«Вы, ребята в первой повозке, охраняйте золото в повозке легата, которая идёт впереди вас!» — Ему пришлось прокричать, чтобы его услышали. «Остальные, следуйте за мной!»
Солдаты выглядели нерешительными.
«Сейчас!» — взревел Гиппотус.
Солдаты вспомогательных войск вываливались из движущихся повозок, падая, спотыкаясь, роняя оружие, их дисциплина была позором.
'Подписывайтесь на меня!'
Гиппотус снова двинулся в тыл. Он шёл медленным галопом, стараясь дать пятерым пешим солдатам возможность не отставать. Он оглянулся. Они бежали, но всё равно отставали.
Аланы достигли тыла каравана. Среди табуна лошадей шла драка. Двое герулов и их шестеро рабов уступали противнику численностью как минимум втрое. Лошади ревели, несясь во все стороны. Густая пелена пыли клубилась над хаосом. Чуть ближе некоторые аланы толпились у задней части повозок. Гиппотус уперся пятками. Если повезёт, вспомогательные войска последуют за ним в бой.
Сарматский возница повозки Гиппофоя стоял на козлах, широко расставив ноги. Он яростно орудовал кнутом, хлеща по спинам волов и цепляясь за свирепую, узловатую шкуру быка, которая змеилась в сторону любого аланского всадника, подобравшегося слишком близко. Но он не мог прикрыть заднюю часть повозки. Там ехали двое аланов, один из которых вёл лошадь без всадника.